Грохот ледника

– Кто это? Эллы нет и, видимо, она сегодня не придёт.

Глеб опешил, что всё это значит, не хочет звать дочку к телефону? Что там у них происходит?

– Слушайте, я понимаю, что вы меня не жалуете, но Элла уже взрослая девочка и вправе решать…

– Глеб, это ты? – встревожилась мать. – Я была уверена, что она с тобой, она собиралась сегодня прийти, но уже поздно, а её так и нет.

– Как нет? Я полчаса назад лично привёз её к вашему дому.

– Я не лгу, её, действительно, нет. Где же она?

– О боже! – крикнул он, бросил трубку и выбежал из квартиры.

– Глеб, ты куда? – только услышал он вслед голос Володи.

Припомнить, куда он только что припарковал собственную машину, Глеб не смог, он не мог думать ни о чём, кроме своей девочки, куда она подевалась.

– Если понесёшься со скоростью света; не останавливаясь, заплачу кучу денег! – закричал заорал Глеб на молоденького водителя.

Водитель кивнул и нажал на газ. Такси летело так, что милиция не успевала свистеть, а другие автомобили шарахались в сторону.

Глеб нервно курил, играла весёлая музыка, и Глеб, не выдержав, с яростью выключил магнитолу.

У её подъезда, не смотря на поздний час, толпа людей. Что случилось? Возле скамейки раздавленный торт и смятые цветы, куда малышка так торопилась, что потеряла подарки? «Убийство», «насилие», «где же скорая?» слышал он обрывки фраз, пока протискивался к дверям. Убили кого-то? Где же Элла? Может тоже среди этих людей? Ждёт скорую, волнуется? Может она стала свидетелем какого-то преступления, поэтому не дошла до дома, ей надо оставаться здесь, чтобы дать показания? Или может её уже опрашивает полиция, поэтому она не может ответить на его звонки? Он высматривал её, натыкаясь на чужие лица, но не видел ни волос, ни знакомого пальто.

Где же она? В подъезде? Успокаивает пострадавшего или родственников, а может оказывает первую помощь? Она такая внимательная и искренняя к людям, конечно, она не могла остаться в стороне от чужого горя. В подъезде, на чёрной лестнице, кто-то выл и плакал, Глеб, перепрыгивая ступеньки, побежал наверх. Людей всё больше и больше, приходится их расталкивать, Элла там, в гуще событий, по-другому она не может. Вот он кажется и дошёл до эпицентра… В первый момент он ничего не понял. На коленях, спиной к нему, стояла мать Эллы и громко, до визга, кричала. Перед ней кто-то лежал, укрытый кровавым одеялом. Из-за каких-то женщин, заслонявших ему вид, он ничего не мог рассмотреть.