Выпускница Облачной академии

Лишний раз убедившись, что широкие бедра являются достоинством, а не недостатком, на который ей иногда указывают, Эвита улыбнулась своему отражению.

– Я буду настоящим подарком судьбы для того, за кого выйду замуж, но только по собственной воле! – девушка уверенно ткнула в зеркало указательным пальцем.

– Эвита, – робко постучал в дверь Велес, – лорд Видар де Татенен уходит, ты выйдешь его проводить?

– Нет! – зло гаркнула девушка.

Всю ночь она не могла уснуть, размышления о принудительном браке никак не давали ей покоя.

Обиднее всего было то, что до двадцатипятилетия она обязана подчиняться воле мачехи. Только после достижения этого возраста Ангел становится полностью самостоятельным.

Обязательно нужно найти выход! Ворочаясь с боку на бок, девушка мысленно перебирала парней, с которыми у нее были хоть какие-то отношения. Может, если она предложит кого-то из своих знакомых, Аретаон согласится с таким выбором? Сжимая кулаки от бессилия, Эвита понимала, что не хочет замуж, ни за тех, кого знает она, ни тем более за того, кого ей подыщет этот недолорд!

Забыться сном удалось только на рассвете.

Следующий день не принес ни новых идей, ни облегчения. Проснувшись около полудня, измученная Эвита, ни с кем не попрощавшись, покинула поместье. Все хорошее, что происходило в этом доме, она сохранит в своей памяти, а плохое…

* * *

Влетев в комнату, которую она делила с Трисой в общежитии, Эвита замерла на месте. Взвизгнувшая от неожиданности Лиатриса столкнула с себя обнаженного Хеймдаля с такой силой, что он с грохотом полетел на пол.

– Рыжик, ты же говорила, что вернешься в понедельник, – прозвучал из-за кровати невозмутимый голос Хейма, а крепкая рука потянула небрежно брошенный на стуле хитон.

– Ну извините, у меня планы немного поменялись, – без раскаянья ответила Эва и прошла к окну. На ходу она зло бросила сумку на низенькую тумбочку. Раздвинув бледно-голубую органзу, девушка порывисто открыла фрамугу, и душная комната сразу же наполнилась свежестью соснового леса, находившегося возле общежития.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила Триса, завернувшаяся в белую простыню.

Не зная с чего начать, Эвита с обреченным видом опустилась на край своей кровати и начала нервно водить рукой по гладкой голубой поверхности покрывала. Она боялась поднять глаза, боялась заплакать перед друзьями.

Лиатриса, придерживая на груди простыню, пристроилась рядом с подругой и обняла ее за плечи.