Выпускница Облачной академии

– Я догоню, – Вальтер отцепил от себя недовольно надувшую губки Илону и мягко подтолкнул ее под попу в сторону подруги.

Эвита опустила глаза в пол, еле сдерживая слезы, и наблюдала за бегающими разноцветными кружочками. На торт ее никто не пригласит.

– Пойдем, отвезу тебя домой, – Вальтер аккуратно взял девушку под локоть.

Она благодарно кивнула. Сказать что-то не было сил, Эва боялась, что, если раскроет рот, то наружу вырвутся так старательно сдерживаемые рыдания.

– Неудачный выдался вечерок? – усмехнулся мужчина, открывая перед ней дверь такси.

Эвита опять кивнула, устроилась на велюровом сидении и отвернулась к окну. Ей не хотелось ни смотреть на Вальтера, ни разговаривать с ним.

Глава 6

Не с первого раза попав ключом в замочную скважину, пошатывающаяся Эвита зашла в темную квартиру. Внутри девушки поднималась очередная волна негодования.

Выходя из такси, Эва заметила, с какой жалостью посмотрел на нее Вальтер. Жалость! Да это ей жалко всех этих людишек! Только от нее зависит, будут они счастливы или нет!

Эва небрежно бросила сумку возле входной двери и, стягивая на ходу куртку, направилась к барной стойке.

– Себя пожалейте! – злобно пробубнила она под нос, извлекая с полки початую бутылку красного сухого. – Ненавижу вас всех! – продолжала бубнить ангел, подходя к лестнице и сбрасывая по ходу движения обувь. – Вы еще наплачетесь, продажные шкуры! – Эвита, поднимаясь, пила вино из горла, оставляя на лестнице красные капли.

Добравшись до своей комнаты, девушка отшвырнула опустевшую бутылку в сторону, встала перед зеркалом и, размахивая указательным пальцем, обратилась к расплывающемуся отражению:

– Я самый лучший Ангел. У меня все получится! Я утру нос Аретаон, чего бы мне это ни стоило! – почти прокричала она.

Выплеснув переполнявшие эмоции, девушка двумя руками схватилась за раму и прислонила горящий лоб к прохладной зеркальной поверхности.

Когда-то давно, когда не стало мамы, маленькой Эве так хотелось тепла родной души, что она придумала для себя игру. Будто в зеркале не ее отражение, а мамино, и будто слова поддержки идут именно от мамы, так девочка восполняла необходимую ей заботу. Время шло, Эвита росла, а игра стала частью ее жизни, перестав быть игрой.

Но сейчас Эва как никогда ощутила холод от соприкосновения. Холод одиночества, который пронзил ее душу насквозь и лег тяжестью внизу живота.