Таро Валуа. Тайна двух королей

«Таро Карла VI» или «Таро Грингонье» («Charles VI» or «Gringonneur» Deck; Le tarot dit de Charles VI) – Первая в мире колода карт Таро.

Эта старинная колода карт, нарисованная темперой (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D0%B5%D0%BC%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B0) и тушью (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D1%83%D1%88%D1%8C) с использованием позолоты хранится на сегодняшний день в Национальной Библиотеке Франции (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%B0%D1%8F_%D0%91%D0%B8%D0%B1%D0%BB%D0%B8%D0%BE%D1%82%D0%B5%D0%BA%D0%B0_%D0%A4%D1%80%D0%B0%D0%BD%D1%86%D0%B8%D0%B8), один из немногих сохранившихся примеров подобных изделий, относящихся к эпохе Ренессанца.

Король стал хвататься за корону, пытаясь сорвать её с головы. Начинался приступ. Слуги подхватили его, стража выстроилась клином. Появился маленький слуга, которого Жакмен видел ранеею.

– Быстро. Выводим. Во дворец его! – скомандовал он, и не прошло и 20 секунд, как взвыли хлысты кучера, лошади закричали и понеслись во весь опор.

– Забрать картины. В темницу этих! – кричал слуга, указывая на Гийома и Жакмена. – хотя нет, оставьте нас здесь, есть у меня идея получше.

Жакмен стал метаться, но цепкие руки стражи уже усадили его за стол рядом с Гийомом.

– Как посмели вы рисовать такое? Откуда прознали?!! Я вытрясу из вас всю душу! Посмели насмехаться над королём и его болезнью.

Гийом подал голос:

– Простите, но так ведёт сама судьба. Король посланник её, ему суждено быть шутом.

– Как смеешь ты говорить такое про своего короля?

– Король болен. Болен за всех нас нашими грехами, нашими падениями, нашими пристрастиями. Ему придётся прожить жизнь, испытывая на себе крайности от всех этих отклонений. Раз от раза, он будет словно шут, изображать эти состояния. Его жизнь закончится только тогда, когда двадцать два наступит. Это его судьба, как бы он не пытался её изменить.

Жакмен сидел ни жив, ни мертв. Текли последние минуты его бренной земной жизни, а он так ничего и не сделал. Не женился на той замечательной грудастой соседке, что торговала самыми вкусными яблоками. Не зачал ей щекастого малыша Жака, как обещал умирающему отцу. Не заработал свои 56 су, которые так были бы ему нужны. Никчемность его жизни была на весах у дамы с восьмой картинки. Добрые дела не перевешивали плохие, и её вердикт был отрубить ему голову.