Повезло. 80 терапевтических рассказов о любви, семье и пути к самому себе

Он с теплотой рассказывал о своем маленьком городе, о родителях, которые «30 лет даже дома держатся за руки», о том, как он любит, когда приезжает туда в отпуск, во дворе своей пятиэтажки играть на гитаре, и стекаются его послушать все соседи, и он чувствует себя рок-звездой.

Районы, кварталы…

Жилые массивы…

Я ухожу, ухожу красиво…

Мне было очевидно: Макс не покорил столицу, она его не приняла, перемолола и выплюнула. Тут никто не хочет слушать его аккорды, да и не играет он тут никому – чтобы мелодия зазвучала, нужна благожелательная публика, лояльная, включенная.

А тут пресыщенные, зажравшиеся культурой и искусством снобы (цитата Макса).

– Ты не хочешь вернуться в свой город? – спросила я в лоб. По нему было так очевидно, что делает его счастливым, что я не могла не спросить.

– Ни за что. Это будет провал. Тогда я в глазах всего города прослыву неудачником.

– Правда? То есть ты изображаешь «удачника», чтобы твои соседи не узнали правду, и на это тратишь свою жизнь? И не считаешь это провалом? То есть твоя миссия – это врать всем про удачу, которой нет?

– Почему нет? Есть удача! Я живу и работаю в столице, в крупной международной компании, а не на старом заводе, на котором почти весь город наш работает.

– Макс, ты когда в последний раз был на Красной площади?

– Честно? Не помню… А, помню! Два года назад Новый год встречали с девушкой там. Ужасно было. Холодно, давка, дорого, ничего не видно. Мы прямо там разругались и расстались.

– Макс, вот зачем тебе Москва? Я сейчас без ерничества, без высокомерия, вот с любопытством: правда интересно. Есть люди, которые приехали и кайфуют, наслаждаются возможностью жить в эпицентре красоты и великолепия достопримечательностей, которые облазили по 100 раз все музеи и знают легенду каждого кирпичика в брусчатке. К ним вопросов нет. Ты живешь в глубоком Подмосковье, и каждое утро, распластанный в электричковом часе пик, помятый, приезжаешь в центр, чтобы войти в крутое здание крутой компании, в здание из хрома, стекла и бетона.

Пусть все думают, что ты крутой. И, наверное, многие так и думают. Но ты приходишь не работать – ты приходишь терпеть. Терпеть, когда кончится этот день. И эта жизнь. Чтобы потом в час пик ехать домой, злым, уставшим, психованным. И ничто не радует, и на фиг эту вашу красоту. И все выходные ты восстанавливаешь силы, отнятые у тебя Москвой, дома на диване. Молодой парень, сорока даже нет.