Вампир на передержку

Золотистые занавески тоже пришлось оставить. Моим опекуном, после смерти родителей, стал адвокат отца, Джеральд. Который так тщательно берёг мои деньги, что о том, чтобы платить мне хотя бы минимальное содержание, и речи не было. Присматривал он за имуществом и деньгами своего бывшего клиента, пока я не закончу Академию. Собственно, он очень даже будет рад, если я её так и не закончу – тогда всё достанется ему…

Зато Джеральд великодушно отправил мне сундуки с моей одеждой. Которую я берегла.

Но дурацкие ноги выросли слишком быстро. Да и грудь еле помещалась в детские лифы платьев. С точки зрения Ростика – всё очень даже удачно подросло. Но мне уже надоело постоянно расставлять платья по швам.

Академия сиротам предоставляла жильё – башню, которую давно было пора снести, еду – на удивление, приличную. И самое главное – обучение. Которое приходилось выгрызать, буквально, со слезами.

Я устало села на доски кровати. Которые под моим весом прогнулись и, наконец, сломались.

Из хорошего – я выиграла спор с комендантом, который говорил, что эта кровать триста лет стояла, и ещё столько же простоит. Зуб давал на это, скотина. Сбылось же моё мрачное предсказание, что быстрее я сломаю копчик, когда в очередной раз забуду, насколько она дряхлая.

Сейчас выберусь из обломков, и пойду. Выбью зуб коменданту, и заберу его кровать!

Но сначала разберусь, кто стонет под досками… Застонала сама, когда увидела разошедшийся шов на платье.

Которое сегодня удачно пережило нападение загробного перевёртыша, Ростика. И даже почти не было испачкано зелёными слюнями. Но кровать его доконала…

Надо разобрать доски, чтобы посмотреть, кто вздумал стонать у меня в комнате. Сюда же сейчас сбегутся все обитатели башни! Ладно, комендант мне зуб должен. Но остальные будут лишними.

Если это Ларина решила пошутить, спрятаться под кроватью, и напугать меня, то зря она это сделала.

Неуклюже перевалившись, встала, и начала разгребать то, что скрывалось под тощим матрацем, потрёпанным постельным бельём и сломанным остовом кровати.

Тот, кто прятался, мне совсем не помогал. Наоборот, активно сопротивлялся, чтобы я его не вытащила.

– Ларина, выходи уже, я тебя узнала! – прошипела я, отдирая матрац от завернувшейся в него сокурсницы.

Голос Ларины ответил мне из-за двери.