Волчица

– Так что же ты в тайгу одна ходила, без него?

– Я далеко не отхожу и ружье у меня всегда с собой. Кого мне было бояться, кроме зверей? А Дон дом охранял. Я его на цепь не сажаю, он, если, что почует, прибежит на помощь. Умный он у меня.

– Сначала покажи заточку, потом пойдем труп смотреть. Да поеду за экспертами и труповозкой. Может, со мной поедешь?

– А это еще зачем?

– Да боязно мне тебя оставлять тут. Вдруг тот второй явится? Слушай, а что им надо-то было?

– А кто их знает? Может, поживиться чем хотели, может, голодные.

– Ну, ты тогда в доме запрись, и никуда до моего приезда не выходи. Поняла?

– Поняла, не дура! Я так и сидела в доме. Жду, пока Дон в силу войдет. А с ним мне ничего не страшно.

– А если его подстрелят? Не думала об этом?

– А зачем им это?

– Из мести. Тот-то, второй видел, как Дон с его дружком расправился.

– Ну, вот и неповадно будет!

– Больно ты храбрая! Участкового-то убили! Что-то они тут возле твоего дома кружат, непонятно мне!

– А кто их знает! – опустив глаза, сказала Вероника.

– Зимой, когда отца убили, ты никого в тайге не видела? К тебе сюда не приходили?

– Нет! Думаю, что это просто залетные браконьеры были.

– А я так не думаю! Почерк один. Отца твоего и участкового, одинаково убивали. К дереву привязали, а потом…

– Все, хватит воду в ступе толочь! Езжай за своими. А то пока туда доедешь, пока обратно, темнеть начнет. Конец августа уже, а не июнь. Уже к семи вечера сумерки надвигаются, а в девять хоть глаз выколи!

– Бойкая ты девка, как я посмотрю! Все.

Понял, поехал я. Держись тут! А потом решим, что с тобой делать будем. Надо тебя куда-то из леса переселять. Неужели одной не скучно?

– Да, привыкла я уже!

– Теперь опасно. Все. Я постараюсь побыстрее обернуться! – участковый сел в машину и уехал.

Вероника постояла чуть возле крыльца, потом быстро вывела Дона на двор и снова закрылась в доме. Ей было страшно, по-настоящему страшно. Может, зря она не сказала ему про золото? Нет.

Еще рано. Надо понять, что за фрукт этот новый участковый. И разобраться с тем, как были связаны отец и дядька Пётр. Может, отец рассказал ему про золото? И как теперь узнаешь об этом, когда оба они мертвы?

– Ой, мамочки! – заплакала Вероника. – Ну, и вляпалась же я в историю! Что же мне делать-то теперь? Помоги мне, Господи, страшно-то как! – причитала Вероника, закрывая двери и ставни в доме.

Глава 4. МИТЬКА

Весь день Вероника просидела в доме.