Белая мгла

– Ты им о смерти матери сказал? Нет.

– Дак, она сама меня просила. Пока Алёнка не приедет, чтобы не знал никто.

– А почему она тебя так просила? Знаешь?

– Да вроде дом ей оставить хотела.

– А почему именно ей? Не вникал, Ванька?

– Нет. И не думал даже. Ты что-то знаешь старик, что-то мне показалось странным! Не все равно тебе, кому твой дом останется, после тебя!

– Конечно, – хитро посмотрев на Ивана, согласился старик.

– Так ведь у тебя и нет никого!

– Есть. Алёнка. Она ведь мне внучка родная! – опустив глаза, признался дед Архип.

– Как так? Ты что ль из ума совсем выжил? Какая она тебе внучка!

– Родная! Пашка – батя ее, моим сыном был. От меня Дуня его понесла.

– Ну и дела! – обалдело почесав затылок, выдохнул Иван. – Так вот почему мать заимку Алёнке оставить хотела. Она и есть прямая наследница. И с твоей и с ее стороны.

– Ну, почти. Есть и еще одно обстоятельство. Но об ём, я тебе не скажу, пока девок не найдешь! Воротятся, тогда и… Хотел ей вечером рассказать все, да вишь как… А за Пашку ты не серчай, это уж после гибели отца твоего случилось.

– Да что за тайны-то? Ерунда какая-то. Эта заимка только для моих братьев и для их детей имеет какую-то ценность. Они Сибиряки. Знают, какое применение ей найти. А она девчонка столичная, ей-то это зачем? Уедет и все, – потом помолчал, – а почему ты так уверен, что погиб мой батя? Он же в тайге пропал!

– Хватит время терять, Ванюшка. Потом все узнаешь. Искать их надо!

– Все, пошел я, – взвалив на спину тяжелый рюкзак и берясь за ружье, сказал Иван.

 – Бог даст, найду девчат. Далеко, небось, не ушли.

– Ну, с богом, Ваня, ты на нас с матерью не серчай, любил я ее всю жизнь, а потом, как батя твой пропал, тяжко ей было с вами. Вот и получилось так… А потом и Пашка родился.

– Да, не сержусь я. Что было, то было! По матери он нам всё одно – брат. А Алёнка племяшка. Бывай, старик, пошел я.

Нельзя сказать, что новость, которую только что поведал ему старик Петрович, совсем не удивила Ивана.

Он никогда не допускал даже мысли о том, что у его брата Павла другой отец. Хотя и непонятно все – после гибели отца, в которую никто не хотел верить, прошло около года, когда родился Пашка. Тогда они еще маленькие были, что они месяцы считали? Родился и родился, обрадовались все. А мать все отца ждала, или им так казалось? Может, просто боялась, что придет из тайги… Ведь, выходит, что она уж с Петровичем жила.