Боль для выживания

– Спрячься! – скомандовал мальчик.

– Давай поможем ей.

– Нет!

– Но она просит о помощи!

Даня оттолкнул сестру от себя и указал пальцем на землю, чтобы она обратно села за машину, но Ева не послушала брата.

– Ей нужно помочь! – громко сказала она.

Тогда Данил подошел к ней и, прижав к машине, закрыл ладошкой ей рот.

– Если хочешь сдохнуть, иди и помоги! А я еще поживу! – гневно произнес он и убрал руку от ее губ. – Это может быть ловушкой, пойми ты уже наконец – этот мир опасен и я не папа, чтобы защищать тебя!

Тогда Ева села на землю, прижала колени к груди и обняла их руками.

Даня снова подошел к краю машины и стал осматриваться, слушая мольбу женщины.

– Мы просто будем ждать? – спросила девочка.

– Да, – не оборачиваясь к сестре, ответил мальчик.

– А если никто не придет, мы поможем ей?

– Нет!

– А если совсем никто не придет, никогда… мы поможем ей?

Мальчик вздохнул и закатил глаза.

– Нет, не поможем!

– Папа бы помог.

Тогда Данил взглянул на нее и промолчал.

Когда прошло около десяти минут, Ева не выдержала: она поднялась на ноги и побежала изо всех сил в сторону трактора, но Даня быстро догнал ее. Он схватил ее под руки и потащил обратно к машине. Ева стала вырываться из его хватки, требуя отпустить ее, но Данил донес ее до машины и, поставив на землю, закрыл ей рот.

– Ты что, дура, делаешь! – крикнул он.

Девочка увернулась от него и сделала несколько шагов в сторону.

– Никто не пришел! Мы должны помочь! – крикнула она.

– Закрой свой рот! – прошептал Даня и попытался схватить ее, но девочка снова увернулась от него.

– Папа бы помог!

– Не помог бы!

– Помог! Он смелый, а ты трус! Я сама могу помочь! – сказала она и, обойдя брата, быстрым шагом направилась в сторону трактора, но тот снова остановил ее.

– На кой черт она тебе?!

– Может она хороший человек, как мы…

– Хороших людей не бывает!

– А вдруг она чья-то мама!

Даня замолчал, когда заметил глаза сестры, наполняющиеся слезами.

Ева не боялась людей так, как Данил. За все эти непростые годы им попадались много плохих людей, но, помимо плохих, были и хорошие. Она не утратила веру в человечность, как Данил, может, потому, что она еще не видела тот ужас и ту грань жестокости, которые видел Даня.