Выдумщики

И ещё он подумал, что, должно быть, когда волшебники ссорятся, это вполне нормально, что вещи начинают летать по комнате, а чайники – взрываются. Обычному человеку, скорее всего, лучше не находиться рядом с волшебниками в такой момент. Видимо, об этом подумал и Амадеус, гость Лютенции Кареглаз.

– Я, пожалуй, пойду, – сказал Амадеус. – Простите, что помешал вам. Очень надеюсь, что вы найдёте то, что ищете.

– И я пойду – произнёс Леопольд. – Был рад увидеть вас, Лютенция…

– Уходишь? – строго спросила у него Лея.

 – В такой момент? Впрочем, я совсем не удивлена.

– Я прошу вас прекратить, – громко произнёс Феладиум Скорнелли. И все присутствующие тут же замолчали. – И просил бы вас, господа, подождать с уходом до выяснений всех обстоятельств. Какого возраста и пола пропавшие дети?

– Две девочки и два мальчика, ученики шестого класса, – ответил дядя Корней за всех.

Феладиум посмотрел на него и слегка улыбнулся.

– Так, может быть, это те дети, которые сейчас прячутся под лестницей?

Воцарилось молчание.

А затем дядюшка, Бирмингем, Лютенция и Лея подошли к лестнице и уставились на Колю и его друзей. Даже Амадеус, застыв у двери, смотрел в их сторону, а маленькие любопытные феечки и эльфы вставали на носочки, стараясь их разглядеть.

Только Леопольд Разумовский вёл себя спокойно и непринуждённо: стоя к ним спиной, он медленно проводил рукой над столом, и разбитый фарфоровый сервиз восстановился на глазах, а упавшие вещи возвращались на свои места.

– Ну, здравствуйте! – сказал дядюшка Корней и улыбнулся.

 – Давно не виделись, Коля. И как сильно мы вас ждали – словами не передать!

Сахарница затряслась, и из неё высунулся любопытный нос. И Коля, конечно, сразу узнал Сахарочка.

***

Коля слушал рассказ своего дяди, не сводя с него глаз. Не каждый день узнаёшь, что твой дальний родственник – настоящий волшебник. Не говоря уже о прочих деталях его биографии.

Они сидели все вместе за столом в доме Лютенции Кареглаз, запивали слоёное печенье горячим какао и разговаривали.

С одной стороны стола сидели Коля с Ларисой, Моросиком и Марианной, с другой – дядя Корней, Бирмингем, Лея и Феладиум. Лютенция с довольной улыбкой порхала возле них, внимательно следя за тем, чтобы все ели печенье и чтобы всем досталось по кружке какао, аромат которого заполнил всю эту необычную кухню.

Здесь не было только Амадеуса и Леопольда. Амадеус, гость Лютенции Кареглаз, ушёл, как только они обнаружили друзей под лестницей.