Мираж хищного мира. Часть 3

И поставить его где-нибудь… в проходном месте, – не выдержала Мира, чтобы ни обратить внимание мужчин, что это они ввалились в комнату незвано.

Завизжала от счастья Лада, запрыгала, захлопала в ладоши, обрадовавшись, что любимый дедушка сделает им подарок. Украшения на ребёнке звонко побрякивали, позвякивали.

«Простынь?» Нет! В простыне уже ходила, и это не очень приятно было Мире вспоминать. А вот в полотенце… Всё честно, своё она ведь не нашла?!

Обернулась Мира в полотенце, недовольно фыркнула.

Попалось небольшое, оно едва прикрывало прелести. А рыться, выбирая более комфортное, совсем не хотелось. Ну, ничего! Распущенные волосы сглаживали впечатление. Не впервой сверкать голыми ножками, чудовищными шрамами, непотребным видом. Пошла вон!

Маленькая Лада вприпрыжку побежала за ней, крепко держась за край мягкого тряпья. Мужчины проводили взглядом самодовольную и дерзкую девушку, посмевшую пристыдить их – элиту – и к тому же, нагло проигнорировав их, даже не посмотрев в их сторону.

Конфликт между мужчинами испарился, улетучился.

Торопилась Мира покинуть величественное царство лютого повелителя, совсем не обращая внимания на посторонние звуки, чужие голоса. Не смотря по сторонам, чтобы ненароком не встретиться с Милой, и тем более с Лютым, так как объясняться не хотелось, чувствуя, что не сможет дерзкий язык за острыми зубками сдержать. Что за заботу о себе она не благодарностью ответит. А чем-нибудь гадким.

Недовольство придало силы телу.

А неуверенность в шаге и неясность в голове сделали походку распущенной, вальяжной, от бедра. Так что, когда Мира проходила огромный холл правящего семейства. До её слуха донеслось дерзкое: «вау». Словно за рубильник дёрнули.

Резко остановилась, плывущая в нирване девушка и, предвкушая хищным нутром выплеск бурлившего, словно в запечатанной бутылке с газировкой, адреналина, так и быть, обернулась, чтобы съязвить, с хамить, огрызнуться. Но нет! Предстала она перед удивленными взорами нескольких десятков мужчин.

Явно, только вернувшихся домой хищных воинов. Таких же светлых, и шкурой, и глазами, как те, что находились в величественной комнате-музее повелителя.

Сидел за столом и сам грозный повелитель, правда, спиной к холлу. Что чуть-чуть обрадовало.

И адреналин, даже без внешнего механического воздействия, испарился. Почувствовала бестия, как прошёл её гнев, будто фитиль с шипением затушили об ледяную гору.