Если проткнуть глобус. Том 1

Но нет, великодушие не моя черта. Погорячилась.

Поспать удалось минут, наверное, двадцать. Суть в том, что на площадку этажа нашего подъезда, который собственно и сплошных стен то не имеет, тут так принято из-за жары, из холла нашей квартиры, где я надеялась мирно поспать, выходит окно. Слева от двери. Под голубыми занавесочками. Наверное, чтоб было видно кто идет, или, скорее, для света. То есть значит это окно по сути выходит просто на улицу.

А одинарные рамы в окнах, причем во всей Мексике железные, без какой-либо изоляции.

И по этой улице ночью начинают проезжать транзитные грузовики. Со всеми вытекающими из них последствиями.

Когда розовые фирменные беруши и полотенце вокруг сердито обмотанной башки точно не помогли пристроиться в объятиях Морфея, пришлось, почесав репу, сесть, вздохнуть тягостно и, делать нечего, попереться на постой в соседнюю комнату, где окна выходят во двор, и есть кондиционер. И где сладко спит на не самой широкой, но двуспальной кровати, ничего не подозревающая, уставшая Людмила Александровна.

Когда ее испуг от ночного вторжения постороннего тела прошел, я, бормоча полуоправдания-полуизвинения, как упертый кот, начинаю пристраиваться с левого края лежбища, ближе к окну, завернувшись заранее в свое одеяло, но, едва донеся голову до подушки, моментально проваливаюсь в другое измерение. Наверно, в поисках жениха, которому пока еще что-то мешает присниться.

Мне снится зима. Кондиционер работал отлично.

Утренний поход по магазинам принес вначале эйфорию от привычной изобильной наполненности прилавков едой, потом неприятное изумление от столкновения с тонкостями оплаты картой в супермаркете «Сориана», где применить Мастеркард иностранного производства можно только один раз в день.

А если что-то забыли или просто решили, как мы, докупить в отделе свежей выпечки и салатов, за которые предусмотрен отдельный расчет, то всё.

Просто не проходит следующий платеж и кранты. Только наличка. Или отдавай еду.

Вытаращенные кассиры и сами этот нюанс поведения заморского пластика не знали, специалиста вызывали. После нашего замешанного на голодном беспокойстве искреннего возмущения. Он и подтвердил. Извинившись. Твою мать!

Налички не было. Еду второго улова полностью бросить за борт было выше наших сил.