Мне без тебя не в кайф

А, вот парни столпились вокруг меня, фоткая шедевр, сотворенный руками Лизы, каждый на свой телефон. Но тут и Влад закружил вокруг меня с пинцетом в руках, расталкивая парней и не зная, с какой стороны лучше подступиться.

– Черт! – взвыл он. – Я не могу! Чувствую себя садистом!

– Дай, я попробую! – отобрал Арс у Влада пинцет и, как дернет!

– А… – взревел я, чувствуя, что кто-то очень скоро будет обливаться слезами.

– Скорую нужно вызвать. – предложил Матвей. – Так, хоть укол от столбняка ему всадят.

– Точно! – согласился с ним Влад, выуживая телефон из кармана. – Скорая? Примите вызов по адресу… – продиктовал адрес и замолчал, слушая собеседника. – Ну, как вам сказать?! Скорее, производственная травма! – и заржал. Вот же мудак! – Ждем!

Побился головой о стол, охеревая от ситуации, в которой оказался.

– Я ведь ее прибью, как только доберусь…

– Выпей стопарик, авось полегчает! – сунул мне Егор под нос полстакана какого-то пойла.

– Я не пью! – заартачился, так как этим делом не увлекаюсь.

– Это лекарство!Так сказать, в лечебных целях! – пояснил Дем. – Заодно и стресс снимет!

Делать нечего, одним глотком влил в себя коньяк и уткнулся себе в руку, так как горло задрало нещадно. Черт, сколько хоть там градусов?! Но через минуту почувствовал, как по телу начало разливаться тепло, даже на душе стало спокойнее, что ли. Только это не значит, что одна пигалица избежит наказания. Это ж надо такое придумать?! Еще бы настоящие гвозди взяла! Стерва!

– Скорая прибыла! – донесся до меня голос Юли.

– Юля! – обратился к ней шеф. – Перенеси назначенные встречи на другой день.

– Сделаю! – отозвалась Юля, пропуская в кабинет работников скорой помощи и закрыла за собой дверь.

– Где больной? – поинтересовались те.

Парни расступились, являя их взору красивого меня.

– Что болит? Какие жалобы? – спросил мужик в халате.

Я молчал! Ну, а, что им скажу? Мне в задницу впились уйма мудреных кнопок.

Бля! И, смех, и грех! Зато кто-то из парней указал на мою многострадальную попу. Только походу тот ничего не понял и надавил пальцем на одну из золотых шляпок, да так, что я взвыл нечеловеческим голосом.

– Жалоба, в принципе, понятна! Но позвольте узнать, за какие грехи делают такое произведение искусства? – полюбопытствовал он сквозь смех.

– Вытащите это из меня. – взмолился и добавил.