Цена изменения

Для нее, снова. Он, который никогда и ни перед кем не склонялся.

Оказывается, и на Грани можно рыдать. Горько, взахлеб, вцепившись обеими руками в черную куртку и не оставляя на ней следов. Тени не меняются, когда нечему светить.

– Что вообще происходит? – волколак приблизился, заметно припадая на задние лапы. – Чем он так тебе важен, что ты готова убить и меня, и себя, и всех вокруг? И чем ты так важна, что он готов сдохнуть?

– А ты бы не умер ради Калли? – Аори, всхлипывая, высвободилась из объятий Тарги.

– Ну…

– Вот и он… Уже…

Она не нашла в себе сил продолжить, но Веррейн понял. Молча смотрел, как она пытается подняться – не с первой попытки и цепляясь за чужое плечо.

– Я первый раз видел, чтобы демоны по своей воле совались в центр взрыва. Аорь, а как же твой маяк?

Слезы и непонятные силы кончились, остались лишь горечь и бессилие.

– Будет жить долго и счастливо, станет Главой рода. Женится, заведет детей. Забудет меня, как страшный сон.

– Жизнь, как минимум, если мне память не изменяет, – Веррейн почесал за ухом, и Аори только теперь заметила, что он рассечено почти до основания.

– Которую потерял из-за меня?

– Ты переоцениваешь свою роль в последних событиях, – поморщился волколак.

Тарги, похоже, временно смирился с его присутствием. И, догадавшись, что Аори и дальше будет игнорировать его немые вопросы, развернул девушку к себе лицом и заглянул в глаза, выразительно приподняв брови.

Она представила, что ей предстоит рассказать, и отвела взгляд.

– Тар, пожалуйста…

Капитан молчал, такой же немой, как камни под ногами, как небо, как кривое ущелье, в котором они оказались. Скалы расступались вдали, пропуская мерцающий свет. Они оказались не сплошными стенами, а, скорее, изломанными гребнями спящих чудовищ.

– Арргх, поддерживаю. Тар, пожалуйста!

– Веррейн!

– Да-да?

– Можно тебя попросить?

– Можно!

– Исчезни, а? Что ты ко мне привязался?

– С каких пор ты справляешься без моей помощи? – расхохотался Веррейн.

– С чем? – рот Аори зло искривился, когда она подскочила к волколаку, сжимая кулаки. Откуда только силы взялись. – С чем мне справляться? Что тебе от меня надо?

– С возвращением, дурочка. Или ты снова придумала, что умерла?

Она поперхнулась и застыла, хлопая глазами.

– Ой, не могу! – Веррейн хохотал так, что аж слезы на глазах выступили. Или он старательно изображал, как их вытирает.