Хрустальный мир

Узкая койка, стол, стул, санитарный уголок, отделенный пластиковой панелью… ничего такого, о чем стоило бы вспоминать.

Девушка без сожаления проследовала за Тарги, аккуратно прикрыв дверь. Уже завтра помещение окончательно очистят и продезинфицируют, и какая-то юная Тень откроет его со своего коммуникатора.

– А у тебя большая квартира? – поинтересовалась Кат, пристраиваясь рядом с капитаном, по привычке стремительно шагающего к цели и не замечающего ничего вокруг.

– Не сказал бы – стандартные офицерские апартаменты.

Гостиная с кухонным уголком, спальня, кабинет. Я же не генерал, да и семьи у меня нет и не было никогда.

– А почему так?

Тарги хмыкнул.

– Предположим, я редко бываю на базе. А еще у меня странные вкусы.

– Что значит странные? – не отставала Кат. А вдруг ответит?

– Надо будет – узнаешь.

– Кому надо?

Тарги остановился и обернулся к девушке.

– Послушай, юное создание, раз уж нам предстоит полная синхронизация, тебе придется не просто выполнять мои просьбы и приказы, но и полностью их понять и принять.

Это ясно?

Кат, испуганно осекшись, только кивнула.

– Отлично. Так вот тебе первый: не доставай меня специально… И не специально – тоже не стоит. Я не собираюсь обсуждать свои предпочтения и симпатии с кем бы то ни было, и с тобой – тем более.

– Тар, а почему ты вообще со мной… занимаешься? Не все ли равно есть я или нет? – удрученно спросила девушка.

– Все, Кат, достаточно. Просто помолчи, пока мы не дойдем, хорошо?

Она снова кивнула, угрюмо потупившись, отчего короткие распущенные волосы скрыли ее лицо.

Капитан секунду посмотрел на воспитанницу, подавил досадливый вздох и двинулся дальше, распугивая встречных резкими поворотами, повторяемыми кубом по более широкой траектории. Кат, не поднимая головы, замыкала процессию.

Идти пришлось довольно далеко – отчего-то Тарги не воспользовался возможностью сократить путь на транспортной платформе или ленте, струившейся вдоль всего центрального коридора центра.

Кат постепенно надоело откровенно дуться, пытаясь одновременно успеть за широким шагом капитана, но обида никуда не делась, засев внутри тихой мышкой. Что такое мышка, она уже не смогла бы сказать – помнила только, что они бывают серые и черно-белые, и последние, со смешными круглыми ушами, умеют петь и говорить.

Кат чуть не проскочила развилку, на которой Тарги свернул вправо, на секунду останавливаясь перед прозрачной стеной.