Тени сознания

Изображения на них менялись в зависимости от команд операторов, но теперь большая часть городских пейзажей скрылась за серой пеленой.

– Когда ж ты научишься пользоваться служебным входом?

– Далеко, – скривилась она. – А конкурс мокрых маек во дворце пока не анонсировали. Лейт приехал?

Задавив ухмылку, страж кивнул. Джоя любили далеко не все, но не уважать его было невозможно.

Аори попыталась привычно засунуть ладони в карманы, но протокольные брюки ими явно не обладали. Раздраженно одернув рубашку, она двинулась дальше по длинному коридору.

Руки совсем озябли, и Аори остановилась перед нужной дверью, энергично их растирая. Мало ли, вдруг система не опознает? Зафиксирует попытку вторжения, вызовет стражей, вот будет веселье…

Она усмехнулась, приложила ладонь к холодной пластине, толкнула тяжелое полотно и оказалась внутри, в просторном, разделенном на две части кабинете.

Все здесь дышало особенным, упорядоченным беспорядком. Вдоль стен, скупо отблескивая металлическими боками, выстроились узкие стеллажи.

Их полки хозяин кабинета заполнял разнокалиберными приборами, деталями, книгами, отчетами, чертежами… Внизу разместились глубокие ящики, и вот в них бунтарская душа Лейта раскрывалась во всей красе. Помощница скорее бы назвала эти вместилищами мусорниками, но он ухитрялся ежедневно извлекать из них новые и новые запчасти.

Рабочую часть кабинета скрывала прорезанная аркой стена. К ней сиротливо прилепилась узкая кушетка для гипотетических посетителей. Лейт пытался и ее превратить в стихийный склад, но пока что Аори удавалось отстоять единственный островок уюта в этом царстве рациональности.

Никаких ковров. Жесткий, цепкий, подогнанный планка к планке паркет. Свободные проходы, минимум острых углов. Все предметы – в пределах доступности сидящего человека.

Аори вздрогнула, сообразив, что уже минуту стоит на пороге и рассматривает бесхитростный интерьер. Странно, что Лейт до сих пор не заинтересовался, кто к нему пожаловал. Или вышел куда? Выехал…

Она прикусила губу.

Нет, стоп, из-за арки доносятся негромкие голоса.

Голоса?

И оба знакомы.

Аори посмотрела на рубашку. Мокрая, холодная, смятая неопрятными складками. И волосы наверняка голову облепили, как тухлые водоросли.

Придав лицу максимально независимое выражение, Аори шагнула туда, где перемигивались многочисленные экраны, шуршали на грани слышимости вентиляторы и никогда не играла музыка.

Двое замерли рядом. Гораздо ближе, чем позволяли приличия.