Злое Лето

Людоеды? Вскочил, метнулся прочь – поймали за волосы и потащили, подгоняя шлепками:

– Я тебе убегу… Иди, иди, сокровище…

Он сперва пошел, потому что ошалел от боли, потом подпрыгнул и вцепился в руку, что тащила, хотел укусить – но тут отпустили волосы, толкнули на пол – он шлепнулся и здорово ушиб коленки, но смолчал. Где же Утеха?! Пахнет чем-то горьким… Голова болит…

– Ну, проснулся?

Зареветь? Заорать? Где Утеха?

– Я тебе зареву. Не смей выть.

Он и не собирался выть. Протер глаза и посмотрел, кто на него напал:

– Ты Рокот, что ли?

Большой мальчишка, весь в саже, с всклокоченными волосами, смотрел со злостью:

– Рокот.

Что быстрее? Как же тошно и болит голова. Пахнет дымом.

– Вставай!! – Рокот стал вываливать из шкафа его платья и сапожки:

– Что сидишь? Штаны хотя бы сам можешь надеть? Быстрее, быстрее!

Он встал, нашел ящик, откуда Утеха доставала одежду, нашел, что надо, сорочку и рейтузы.

– Да быстрее же ты! – Рокот грохнулся коленями на пол и стал помогать. – Дымом надышался, что ли…

Одна рука Рокота была замотана тряпками, сквозь которые немножко проступили бурые пятна, на щеке – сажа. И пахло от него печкой. Наконец, он вздернул его на ноги и затолкал в платье:

– Все, бежим. Бежим, тебе говорят!!

А стражи ни у выхода, ни в каменных гулких коридорах, ни снаружи в огромном дворе, ни у ворот – не было. И за воротами – никого не было.

– Да что же ты ногами-то не перебираешь, зараза, сдохнуть хочешь? Паршивец!!

За воротами врезало по глазам низкое, почему-то красное солнце. Дым. Страшно. И тошнит.

– …Рокот. Рокот, что такое «брат»?

– Какая теперь разница!

Он хотел вырваться, но Рокот больно треснул по заднице, схватил под мышку и поволок, притиснув к кожаному нагруднику. Почему на Рокоте солдатский нагрудник? Почему пахнет дымом?

– Быстрее, нам надо быстрее!

Чего он так боится? Впереди была лестница вниз, гранитная, широкая, а внизу – все непонятное; бежали какие-то люди… Рокот помчался вниз, почти сразу оступился, схватился рукой за перила – надо успеть вырваться! Он рванулся, выскользнул из-под его руки, упал на коленки – как больно, но тут Рокот поймал его, он снова рванулся – и покатился, свободный, по белым ступеням – и вдруг врезался затылком в твердое…

Темно и больно.