Агнесса и собака на телевидении

Но так как я знала совершенно точно, что Женя на съемке не присутствовала, а все отснятые материалы я на всякий случай носила с собой, то составить собственное мнение о моем ток-шоу она не могла, значит, говорила с чьих-то слов – и буквально Оксаниными словами. Но кто же донес?

Однако, несмотря на мелкие неприятности, которые мне эта передача доставила, и ее можно было считать удавшейся. Но уже после следующей съемки мне прилепили кличку "певица дам поздне-бальзаковского возраста", или, по выражению Олега, "климактерических баб".

Моей героиней на этот раз была милейшая женщина-ветеринар, миниатюрная и тоненькая, которая лечила диких зверей и бесстрашно заходила к ним в клетки (мы это, естественно, показали – она в обнимку со слоном в зоопарке). При этом у нее было два высших образования, один муж, двое детей и к сорока пяти годам – двое внуков. Словом, насыщенная жизнь – насыщенная событиями со всех сторон. Она была так занята, что ее с трудом удалось уговорить сниматься – тем более, что она абсолютно не желала быть телезвездой.

Между прочим, придя на телевидение, я очень скоро обнаружила, что люди самодостаточные и добившиеся успеха в своей сфере деятельности, будь то семейные хлопоты или сложнейшая, требующая напряжения всех сил ума и тела работа, чаще всего вовсе не стремятся попасть на экран, в отличие от тех, кто ничего из себя не представляет. Кстати, я окончательно испортила отношения с Тайкой Никифоровой, отказавшись даже рассматривать предложенную ею кандидатуру на роль героини – это была учительница, завуч английской школы; мне было достаточно только посмотреть на ее фотографию – выражение собственной непогрешимости на слегка оплывшей квадратной физиономии, бараньи глаза навыкате – чтобы с содроганием произнести твердое "нет".

Впоследствии выяснилось, что эта дама была мамашей парня, который ей в тот момент страшно нравился, и когда он ее бросил, наша Таис-уральская стала считать, что это я разрушила ее личную жизнь.

Но вернемся к ветеринару Марине, чье появление в студии было, несомненно, заслугой Оксаны – уж не к шантажу ли ей пришлось прибегнуть, чтобы заманить ее к нам? У Марины было одно достоинство, неоценимое на телевидении: она была живой; она мгновенно откликалась на шутку, эмоции моментально отражались на ее подвижном лице, вовсе не соответствовавшей классическим канонам красоты, но казавшемся пикантным благодаря искрящимся глазам и лукаво изгибавшемуся рту.