Мотря. Украденная душа

Разве ж я могу что-то дочке твоей сделать? Она ведь Дуне моей единственная подруга. Ты иди домой и не беспокойся. Надумала невесть что.

А сама меня к двери теснит. Дуня испуганными глазёнками на нас смотрит. Пикнуть боится. Развернулась я и пошла, к двери уличной. А на пороге остановилась и снова сказала:

– Смотри! Я тебя предупредила!

Вышла и дверью хлопнула.

Больше Мотря нас не беспокоила. Да и Дуня как-то враз с Раечкой раздружилась. Да и слава богу. Чем дальше от нас – тем лучше.

***

Прошло еще несколько лет.

Рая в последнем классе уже училась. Выросла она, похорошела. Высокая, статная, волосы чёрные, волнистые. Брови вразлет. Копия моего Максимушки погибшего. Дуня у Мотри тоже видная девка стала. Уж не знаю, от кого Матрена прижила, но хороша Дуня была. Хоть и полная противоположность моей дочки. Сама беленькая, маленькая, а глазки яркие, губки алые. А уж пела как! В школьном хоре солисткой была. А как военные песни петь начнет в клубе, весь зал рыдает. Так хорошо и проникновенно у нее выходило.

И надо же было такому случиться, понравился им обеим один парнишка с нашей улицы. Чуток постарше. Ремесленное уже закончил. Красавец, конечно, по тадышним меркам. Высокий, синеглазый, чуб кудрявится пшеничный. Поди, и сейчас девки бы по такому обмирали. Только выбрал Мишка мою Раечку. Провожал из клуба до дому, стояли подолгу около двора, беседовали. Я, конечно, ликбез с дочкой провела. А Рая мне:

– Мама, ну что ты! Мишка, он такой деликатный, такой воспитанный! Мы с ним полгода встречаемся и ни разу даже не целовались.

Ну и сама вижу, парень уважительный

А Дунька-то страдала. Заплаканной ходила, учиться хуже стала. Как-то иду из сельпо с покупками, а Мотря меня возле дома поджидает.

– Здравствуй, Варвара, – говорит. – Дело у меня к тебе.

Поняла я сразу, о чем разговор будет, но отвечаю:

– Никак пошить чего хочешь себе, Мотря?

– Ты дурочкой не прикидывайся. Знаешь, зачем я пришла. Пусть твоя Райка от Мишки отстанет.

Я брови сдвинула, да и отвечаю:

– Я дочке приказать не могу. Да и парень сам ей проходу не даёт. И напомнить тебе хочу: тронешь Райку – загрызу, так и знай!

Ушла Мотря. И все осталось по-прежнему, только ненадолго. На Рождество молодежь колядовать пошла. Рая с Мишкой ушла, а вернулась одна в слезах. Гуляли парни с девками в доме одном, ребята, конечно, выпивали немного.