Измена. Проиграть любовь

И вера Хоффмана в возможные товарно-денежные отношения устраивала меня гораздо больше вот этого всего. Что вообще происходит в голове предлагающего такое человека? Тараканы совокупляются?

– Ты подумала? – кровь с лица он смыл и заодно охладился – с коротких тёмных волос на линолеум падают одинокие капли.

– Пошёл к чёрту, Хоффман! – это скоро станет моим девизом, но я устала. Адски устала разгребать последствия супружеской неверности. Мне бы остаться одной, взвыть раненной волчицей, напиться до розовых соплей, но у меня Сашка.

У меня учёба. И Михаил Германович, назначивший встречу на завтра. – Говори прямо, какого дьявола тебе от меня надо и проваливай из моей квартиры!

– Дявол это кто? – любопытная мордашка просовывается между Хоффманом и косяком двери. Корить себя за несдержанность поздно.

– Очень плохой дядя, – страшные глаза, печенье в маленькую ладошку и сын бежит досматривать мультик.

– Прямо? – опасный прищур в его исполнении я уже видела и не впечатлилась ни им, ни остановившемся в полушаге Хоффманом.

 – Хочу, – тихий угрожающий тон, – чтобы ты лежала обнажённая на моей постели. В моей власти, – разноцветные глаза потемнели. – Хочу, чтобы ты извивалась подо мной и раз за разом стонала моё имя. Чтобы твоя страсть оставила следы на моей спине! Хочу, чтобы ты была моей.

Во время минутной паузы я осмысливаю его более, чем пламенный ответ.

– Обалдеть! – произношу по слогам, поражённо качая головой. – Это тебе не ко мне, Хоффман, – резкая смена на доверчивый шёпот сбивает его с толку.

 – «Пятьдесят оттенков серого» перечитал? Так у нас есть такие клубы, хочешь адресок подскажу? А то твои фантазии слишком уж напоминают романтизированные дрянным фильмом отклонения.

– Считаешь, что это взрослый разговор? – хмыкает он. – Кир, по-моему ты пересидела в декрете…

– Ещё слово на эту тему и я всё-таки сломаю тебе нос, – обещаю буднично, убирая посуду.

– Думаешь получится? – Хоффман зажимает меня у раковины, уперевшись обеими ладонями в столешницу.

Какого я вообще до сих пор его слушаю?! – Я сильнее, пока ещё Самсонова.

– А у меня очень острое колено, – улыбка задумывалась милой, но глянец холодильника отражает хищный оскал, – и рефлекс, – я отталкиваю его и захожу в гостиную, где Лунтик в водоёме радостно собирает бусины. – Солнце моё, последний мультик и спать, – сын не реагирует, – Саша!

– Ага, – пусть он увлёкся, но, пока мы не дожили до очередного детского кризиса, слушался.