33 несчастья для математика

И эти, знающие меня пятый год, точно в курсе, но по-студенчески всё ещё надеются на чудо. Рассчитывать на халяву – отличительная черта всего студенческого сообщества, жаль только, что и к преподавателям это тоже относится.

– Кто готов к измывательствам на зачёте, можете пройти и оставить свои работы на столе. – Хлопнув по столешнице слева от себя, я на всякий случай отхожу, пока эти не затоптали «одного из лучших преподавателей» в моём лице. – Остальным смертникам сообщаю, что могу уехать в любой момент, так что в ваших же интересах озаботиться допуском к зачёту в ближайшие день-два.

В аудитории поднимается закономерный испуганно-возмущённый гул тех, кто собирался тянуть до последнего.

– Тихо! – Окрик разносится поверх топота спускающихся-поднимающихся ног. – Время вам было дано…

– Извините за опоздание, – вместе с открытой дверью вклинивается в общее безумие мелодичный голос Маши Морозовой. – Можно войти?

Да, как в школе. Да, моя дрессировка, но так гораздо проще, чем первые пятнадцать минут отвлекаться на бесконечное хлопанье дверей.

А ещё проще тупо запретить входить всем опоздавшим, и это мои студенты запоминают с первой же ошибки, ибо бесят. Они бесят, а опоздание Морозовой почему-то нет, удивляя как у такой наивной девочки хватило смелости явиться после звонка.

– Заходи, Морозова, – иронично отзываюсь я под взглядами удивлённых студентов, – но имей в виду, что в следующий раз одним тор… извинением не отделаешься.

И вот вопрос, кто из нас больший кретин? Прибабахнутые на всю голову халявщики, или разом вспомнивший про сладкое старпёр-препод? После взгляда на одну конкретную студентку.

– Спасибо, – едва слышно, но разом покрасневшие щёки и шея говорят о том, что оговорку Маша Морозова поняла и, кажется, поняла правильно.

Потому что кретина-старпёра в моём лице всё ещё жжёт раскалённым металлом тот несостоявшийся поцелуй, который, до спазма в паху, хочется завершить. Так, чтобы большие зелёные глаза подёрнулись поволокой, а сама Машенька Морозова только и могла стонать моё имя…

Тьфу ты, придурок!

Вот только поздно, разбушевавшуюся фантазию не останавливает ни пара, ни невозможность ситуации в целом.

Хотя почему невозможность? Если уж совсем честно, мне есть чем убедить Машеньку, что Велисов всего лишь картинная пародия на голливудскую франшизу… Угу, и со всеми этими убеждениями поскачешь ты, конь ретивый, на ковёр сразу к ректору.