33 несчастья для математика

Сердце бешено колотится в груди, пульс зашкаливает, а где-то под рёбрами разрастается что-то искрящееся и счастливое, готовое заполнить меня всю.

Заниматься! С Артуром! Я!

Завизжать в припадке фанатского восторга мешает разве что охранник на пропускной. Вот! Вот что может сделать смелость, характер и удачно выигранное пари! А ведь прошло всего несколько дней с той самой прогулки!

– Морозова, не стой столбом, замёрзнешь, – насмешливый голос за спиной в два счёта разбивает все мои наивные мечты о белом платье и детишках с серыми глазами.

 – Ау, Морозова.

– До свидания, Илья Глебович, – холодно, не поворачиваясь, прощаюсь я и спешу выйти на улицу.

Блин! Вот только перед этим неплохо было бы натянуть хотя бы шапку! Ледяной порыв ветра распахивает полы пальто, путает волосы и в целом не вызывает ничего, кроме желания спрятаться в троллейбус. Ничего, ещё чуть-чуть, и моих накоплений хватит на что-нибудь скромное, маленькое, но бензиновое. И своё.

Повесив сумку на локоть, я быстрым движением натягиваю шапку и ищу перчатки в недрах сумки.

И зайти бы для этого внутрь, но там Глебов, а его мне сегодня хватило за глаза. Как назло, именно сейчас сумка выпячивает всё своё бездонное нутро, где под руку попадается всё, что не надо. Гигиеническая помада, купленная в киоске по случаю утери нормальной. Ручка, которую я ищу уже две недели. Стикеры, которые покупались вообще-то домой и полгода назад.

В общем, всё, что угодно, кроме дурацких перчаток.

А ветер продолжает качать голые ветки деревьев и мою слабую психику.

Которая уже на грани оттого, что пальцы начинают приобретать весёленький синеватый оттенок. И перестают нормально гнуться, что тоже не способствует поискам.

– Есть! – Наконец, найдена хоть одна и я судорожно натягиваю перчатку.

– Помочь?

Чтоб тебя!

Рефлексы срабатывают быстрее мозга и, резко развернувшись, я бью сумкой по обидчику. Угум, ещё бы он не был Глебовым, была бы вообще красота.

– Морозова, ты откуда такая дёрганная? – Естественно, сумку Илья Глебович ловит в нескольких сантиметрах от себя.

Боком. И мы вместе наблюдаем за эпичным падением моих вещей. – М-да…

И, конечно, поверх разбросанных по крыльцу мелочей, красиво опускается вторая перчатка.

– Тридцать три несчастья? – со смехом в глазах интересуется Глебов перед тем, как присесть на корточки.

В четыре руки мы собираем мои скромные пожитки почти мгновенно.

– Исключительно рядом с вами, – раздражённо фыркаю в ответ, поднимаясь.