Развод по Воскресенскому

– Крис, ты…

Но она не даёт договорить, притянув за шею и глубоко целуя. Без прелюдий, без нежности, словно в этой пустыне путник не я один. И сталкиваются языки, одним только этим взрывая у меня в голове весь мой оборонительный комплекс.

Если бы я знал, что она так целуется, в жизни не подошёл бы ни к одной другой женщине.

Лицо, шея, грудь, мне мало одних только поцелуев и, стянув с неё топ, я замираю, контуженный напрочь всем этим великолепием. Потому что идеальную грудь поддерживает идеальный кружевной бюстик и всё это на идеальном теле моей идеальной женщины.

И я вполне себе того, удерживая её под грудью так, чтобы большие пальцы доставали до самого сладкого. Стягиваю кружево, обнажая упругую грудь, и лишаюсь последних зачатков мозга. И совести.

Потому что вместо рук – губы и язык. И ладонь Крис – выгнувшейся, отклонившейся назад и запустившей руку в мою отросшую шевелюру.

– Ни-и-к! – От её горячего шёпота и от того, как нежные пальчики тянут за основание волос, по телу проходит первая судорога удовольствия.

Чёрт, так мы даже до секса не дойдём.

Выпрямляюсь, перехватываю её руки за запястья и завожу их ей за спину. И выдыхаю сквозь зубы, когда Крис вжимается в меня грудью.

– Спальня? – на выдохе.

Прямой, затянутый желанием взгляд заставляет стиснуть зубы в последнем волевом усилии. Усилии, чтобы не взять её прямо на этой дурацкой кухне, где на холодильнике их семейная фотография и Данькины рисунки, а в мойке большая чёрная кружка с надписью Big boss.

З-з-зараза.

Так – не хочу. Только не её.

От кретинских мыслей самому становится страшно, но всё, поезд ушёл, целуйте рельсы. Азарт, страсть и похоть откатываются в никуда резко, неожиданно и что уж говорить не вовремя – словно мяч от ворот противника за мгновение до гола. И её трезвеющий взгляд становится отражением моего.

– Мы не… – Запнувшись, Крис смотрит на свои руки, одна из которых лежит у меня на плече, а вторая обнимает за шею.

Мы очень даже да, но не здесь. Не на семейной кухне и, тем более, не на постели, где она миллионы раз занималась сексом с мужем.

Потому что Кристина пока ещё Батманова в тот момент, которого я столько ждал, должна быть только моей Крис.

– Завтра у Даньки репетитор?

– Что? – Крис встряхивает длинными тёмными волосами. – При чём здесь это?

– А притом, что завтра. – Ласкающим движением поправив кружево бюстье, я задеваю мгновенно затвердевшие соски и хрипну.