Стань моей свободой

«Да-а!» – протяжно стонет прибабахнутое подсознание.

– Да пошёл ты! – яростно отвечаю я и отталкиваю его, собираясь высвободиться.

Собираясь.

Потому что его ладонь уже удерживает мои, заведённые вверх, руки. Вторая прижимает к сильному телу, которое я всё ещё помню до последней родинки. А губы одним прикосновением сметают всё сопротивление. И я ненавижу то, что обжигающим воском разливается где-то в солнечном сплетении, опасными каплями стекая ниже и накапливаясь тягучим, острым, как бритва, желанием.

Ненавижу.

Но сопротивляться не могу.

И отвечаю едва ли не яростнее его. Не замечая, что руки свободны. Наплевав на то, что задралось платье. Чувствуя лишь дикое всепоглощающее желание.

– Разрешите, – мимо нас протискивается молодой парень в поварской униформе и это приводит в себя лучше чего бы то ни было.

Господи, опять!

Я же разум теряю от одного его присутствия! Это ненормально, так нельзя. Но как же хочется!..

– Отпусти меня, – цежу я сквозь зубы, отказываясь смотреть ему в глаза.

На кого я похожа?! Я! Которая после его переезда училась, тренировалась, стажировалась, ни минуты не сидела на месте, только бы доказать самой себе, что он не прав. Что я не просто «красивая девочка, прожигающая жизнь и папины деньги». И доказала. Вот только много ли в этом смысла, если я всё ещё шалею, стоит только ощутить его прикосновение?

– Поехали? – Ян послушно отпускает, одним этим заставляя заломить бровь.

– Куда? – с издевательским смешком я встречаюсь с ним взглядом.

 – К тебе?

Мимо снова проходит давешний повар, и я бы даже поблагодарила, позже, если бы сейчас могла запомнить его лицо. Мы с Яном дышим так, словно пробежали марафон, только мой марафон – временной. От первой встречи и до сегодняшнего дня за 0,3 секунды.

– Я не против. – Ян скользит взглядом по шее, плечам, груди.

Ему плевать на монашеское платье, а мне даже прикосновения не нужны – кожа итак послушно покрывается мурашками.

– Это мы уже проходили.

Я разворачиваюсь, но он удерживает меня за запястье.

В этот раз бережно и почти нежно. Подходит, зарываясь рукой в волосы, окончательно портя укладку, и закономерно целует, утягивая в приторную сладость. Жаль только, что она несёт противный привкус горечи.

– Скажи мне, – начинаю я, глядя ему в глаза, когда Ян отстраняется, – я похожа на шлюху?

Ты меня любишь? Ты по мне скучал? Что мы будем делать?

Он может ответить на любой из этих вопросов, но не на тот, что я задала.