Легенда о Снежном барсе

– Тогда слушаю тебя, – Ромир никогда не церемонился с бедняками.

– Твоё будущее, господин, неопределённо. Многое зависит от тебя самого. Ты либо сгниёшь в этой крепости, и никто даже имени твоего не помянет. Либо станешь великим и расширишь владения, подчинишь диких кочевников и будешь переплывать моря. Тебя нарекут Завоевателем и поклоняться будут в веках. Имя предков твоих померкнет. Ты станешь великим Вседержителем.

– Как же мне сделаться правителем, старче? Мой брат на престоле, и наследников много.

– Всё в твоих руках, господин. Жизнь непредсказуема. Ты властелин юга. Воины подчиняются тебе…

– Да но…

– Сомнения всегда мешают двигаться вперёд. Твой брат дал мне клятву много лет назад. Я уже тогда знал, что исполнить её для лорда Эгара будет трудно. Но и я ждать дольше не могу. Слишком долго был в тени и забвении. Предлагаю тебе заключить со мной взаимовыгодный союз. Я помогаю тебе взойти на престол, а ты не мешаешь мне получить то, что обещал больше двадцати лет назад твой брат.

– И что же это?

– Его кровь!

– Кровь?! – Ромир не скрывал удивления.

– Да.

– Зачем тебе его кровь? Для чародейства? Возьми мою.

– Нет. Не нужна мне твоя кровь. Кровь твоего брата течёт в его детях. Я хочу получить маленькую княжну.

– Эвелин?! Тебе? Она же…

– Через пару дней станет совершеннолетней.

– Но ты старик! – взревел Ромир. Хотя он и ненавидел брата, завидовал, но к Эвелин относился хорошо.

Ромир не чувствовал в ней угрозы для достижения своих целей.

Кроме того, Эвелин сильно походила на мать, к которой даже двадцать лет спустя не угасла страсть. И это вполне понятно, за всё это время леди Эгар не постарела ни капли. Такая же свежая, юная. И если бы не закрытые наряды, которые скрывали красоту, леди Глэдис легко бы путали с Эвелин, хотя небольшая разница между ними всё-таки имелась.

– Зрение создаёт обманчивую иллюзию. Человек видит то, что ему позволяют увидеть, – старец на мгновение изменился: вытянулся, выпрямился.

Перед Ромиром предстал высокий, худощавый, молодой мужчина, от которого волнами исходила опасность.

Хотя Ромир и был гораздо шире и крепче, и, казалось, юнец не соперник, однако интуиция подсказывала, что в схватку вступать не стоит. Больше всего Ромира напугали светящиеся злостью жёлтые глаза.

Незнакомец вновь превратился в старика. Огоньки в глазах потухли.

Ромир понял, что это не простой прорицатель, каких в Ноделе тьма, а сильный колдун.