Огонёк души

Всех выставил за дверь и хотел уже отнести одежду малышке, но девочка вышла из спальной в моём махровом халате, который обернул худенькое тело раза в четыре. Где-то в широких рукавах терялись костлявые ручонки. Мокрые рыжие волосы лишились своей пышности, влажными прядями обречённо повисли на остреньких плечиках. Сафи выглядела ещё ребёнком, девочкой лет двенадцати – тринадцати, хрупкого телосложения. Вид нездоровый, с ней явно происходило что-то неладное. Нагини в подростковом возрасте выглядят более развитыми, чем люди.

Мы выше и сильнее, быстрее растём и формируемся. А Сафи…

Я протянул одежду. Она смущённо забрала и скрылась в спальной. Вернулась через 5 минут, одетая в свои вещи. Чёрные лосины-джинсы обтянули тонкие ножки, на которые больно было смотреть. Удлинённая туника свободно висела на неоформленном детском теле. Волосы Сафи убрала в пучок. На узеньком личике выделялись огромные водянисто-зелёные глаза, словно навыкате. Красивой девчушку назвал бы слепой.

Всё в ней было непропорциональным и далёким от той совершенной прелести, которой обладали все наги и нагини без исключения.

– Садись за стол, – отодвинул для неё стул. – Попей чаю и поешь, – кивнул на еду. Служанок попросил принести побольше мяса.

Сафи скромно присела на край стула и обхватила ладошками горячую чашку. Низко склонилась над ней, от этого на спине выступили острые лопатки.

Устроился напротив и стал следить за девушкой, гадая одновременно, что же с ней не так.

Сафи выпила чашку чая и немного поковыряла мясо.

– Почему ты ничего не ешь? – не выдержал я.

– Не хочу. Да и поздно уже для еды…

Серьёзно? С её-то сложением думать о часах приёма пищи?!

– По-моему, ночная трапеза пойдёт тебе только на пользу, – заметил.

– Мне достаточно. Спасибо. Я мало ем.

– Заметно, – не удержался от замечания.

Девчушка ссутулилась и уставилась в пол.

Я же обругал себя последними словами за несдержанность.

– Сафи, ты должна рассказать мне, что происходит…

– Нет! – замотала рыжей головкой.

– Я всё видел, Сафи. Азиз! Он подонок! Его надо привлечь к ответственности!

– Нет, нет, пожалуйста. Об этом никто не должен знать! – вскинулась девочка. – Это позор! Позор для семьи, позор… для меня… – она громко всхлипнула и уронила голову на руки.

Я понимал, сама ничего не расскажет.

– Сафи, то, что сегодня пытался сделать Азиз – преступление.