Песня сердца 2

Сначала в истинном виде, потом получеловеком, а затем для успокоения разбушевавшегося воображения Светомира в человеческом облике напоследок.

– Ух ты! А я-то думал…

– Не надо… не продолжай… это не наше дело! – остановила его жена.

После того как они сблизились, Нагин остро чувствовала внутреннее эмоциональное состояние Светомира, даже предугадывала ход мыслей.

– А ты тоже можешь быть… – он хотел сказать «змеёй», но запнулся, раздумывая, не обидит ли жену таким словом.

– Я нагиня, не змея.

– А в чём разница?

– Я не обращаюсь полностью в змею.

Это удел только Древних бессмертных Змиев.

– Покажешь?

Нагин соблазнительно улыбнулась. Светомир не лукаво подмигнул.

Так молодой туле познал все секреты своей супруги. Внешний вид жены, обращённой в нагиню, ни капли не смутил, а только разгорячил больше. Светомир любил жену любой.

– Нагин, а если я выстрою дом для тебя здесь. Мы можем жить в нём вдвоём, только ты и я, вдалеке ото всех! – заговорил утомлённый любовными играми туле.

– Звучит заманчиво! – улыбнулась Нагин.

– Какой дом ты хочешь? – загорелся Светомир.

– Не знаю. Какие бывают?

***

Нагин пришлось вернуть Светомира на остров, а самой возвратиться домой. Нужно было поставить родных в известность о своём решении.

Светомир же объявил дома, что уходит и будет жить один. Поднялся плач и крик до небес. Мать не пускала сына, встала в дверях.

– Мама, ты не можешь удержать меня. Я иду к своей жене.

– Не знаю я никакой твоей жены. Придумал ты всё себе.

Приснилось, небось!

– И это приснилось? – Светомир задрал рукав рубахи, где на запястье красовалась уже зажившая рана от пореза, начинающая приобретать очертания рисунка в форме буквы «ж», с удлинённой средней линией.

– Это брачная метка. Нагин моя жена. Я назвал её джани и скрепил свою клятву.

– Что же ты наделал сынок! – завопила мать. – Приворожила тебя змеюка! Околдовала!

– Я люблю её, пусти.

– Не пущу! На Людмиле пока не женишься, никуда не пущу!

– Мама, не могу я на Людмиле жениться.

У меня есть жена! Ты можешь меня опоить и женить без моего ведома, как и сосватали. Только о девушке подумай. Я не смогу дать ей женского счастья. Я назвал Нагин своей джани, ты это понимаешь? Отец! Напомни ей, что значат эти слова, – взмолился Светомир.

– Пусти его! Пусть идёт! – вступился отец.

– Спасибо.

– Но как же, Гордынюшка, Людмила-то…

– Людмила девица славная. Найдёт себе поумнее жениха! Иди, Мир!

Светомир ушёл.