Когда цветёт папоротник

Воспоминания унесли её в тот день, когда она склонилась над бесчувственным смертным, вдыхая в него жизнь. Взгляд невольно остановился на его губах. Тогда они были бледные и холодные, но на удивление мягкие и приятные. Ей захотелось вновь коснуться их, чтобы ощутить тепло.

– Я не видел тебя раньше. Ты живёшь где-то неподалёку? – голос Радомира прозвучал слишком громко в воцарившейся тишине.

Осознав, что бесстыдно рассматривает его, вила вспыхнула. Щёки залились предательским румянцем. И о чём она только думает? Милорада встрепенулась, прогоняя внезапный порыв.

– Вообще-то нет. Я случайно сюда забрела.

– В столь ранний час?

– Мы с сестрой отправились за грибами, – сказала Милорада первое, что пришло в голову. – Я немного отстала, а потом услышала мелодию и пошла на звук.

– Так ты заблудилась?

– Нет, всё в порядке. Я не впервые в этом лесу. Главное, найти сестру. И думаю, мне стоит поторопиться, иначе она начнёт волноваться. Приятно было вновь увидеть тебя, Радомир, – она резко отвернулась, раздумывая, как незаметно скрыться из поля зрения мальчишки.

Не может же она расправить крылья и подняться в воздух у него на глазах.

– Кажется, мне тоже пора возвращаться домой.

Вила шагнула вперёд и наступила на камешек. Острые грани неприятно впились в обнажённую подошву стопы. Милорада непроизвольно вскрикнула. Радомир обеспокоенно опустил взгляд на пальцы её ног, неприкрытые платьем.

– Почему ты босиком?

Милорада не сразу нашлась с ответом.

Признаться, что она предпочитает порхать в небе, а потому обувь ей без надобности, она не могла. Вила растёрла ушибленную пятку и посмотрела на собеседника.

– Я угодила в болото, и мои онучи намокли. Лапти начали натирать ноги, и мне пришлось их снять,– солгала она.

– Давай, я дам тебе свои. Наверняка тебе не удобно идти так.

– Не нужно, я привыкла ходить босиком. Да и вряд ли твоя обувь подойдёт мне.

Её слова не особо убедили Радомира:

– Но ты ведь поранилась.

Позволь, мне хотя бы обмотать твои ноги тканью.

Не дожидаясь возражений, Радомир усадил девушку на валун, совсем недавно облюбованный им, и принялся расшнуровывать завязки на своих лаптях. Вила с удивлением наблюдала за его действиями, ей ещё не доводилось испытывать на себе такую заботу.

«Мужчины коварны. Им только того и надо, что заманить невинную деву в свои объятия и соблазнить», – слова Русланы, словно огнём, полыхнули в её сознании.