Когда цветёт папоротник

Волк медленно втянул воздух, исследуя её запах. Сверкнув на неё янтарно-рубиновыми глазами, он расправил крылья и опустился, подставляя спину.

– Крылатый волк? – удивилась девушка, рассматривая белоснежные перья. Зверь оскалился и фыркнул, словно усмехнулся над её словами.

– Садись, – подтолкнула её Мара.

– А моё тело? – она кинула взгляд на место, где только что лежала. Теперь там осталась лишь примятая трава, обагрённая кровью.

– Об этом тебе больше не стоит беспокоиться.

Что-то в её тоне заставило Айку не задавать лишних вопросов.

Она неуверенно дотронулась до белоснежной шерсти и неловко взобралась верхом на волка. Тепло его тела успокаивало и придавало сил. Боль и страдания пережитой ночи исчезли. Девушка обхватила зверя за шею и прижалась щекой, утонув в мягком волосяном покрове.

– Держись крепче. Как только пересечёшь границу двух миров, ты лишишься всех воспоминаний. От агонии, что испытаешь, ты потеряешь сознание.

Айка не сразу поняла, что низкий гортанный хрип принадлежал волку.

Она не успела удивиться в очередной раз – богиня кивнула, давая знак слуге.

– Береги её, Семаргл. Такие вилы, как она – редкость.

В ответ волк поклонился и, взмахнув крыльями, взмыл в ночное небо.

1

Милорада

Непривычная в это время суток суета в холле не могла не привлечь всеобщее внимание. Шум нарушил и её покой. Ещё издали она заметила столпившихся вил у главных дверей. Среди них она узнала и Руслану. Длинные тёмно-каштановые волосы, золотисто-бронзовая кожа и высокий рост отличали её от остальных.

Руслана стояла позади непрерывно перешёптывающихся девушек, не пытаясь подходить ближе.

Милорада ускорила шаг. Платье непривычно зашуршало, путаясь между ногами. Крылышки слегка подрагивали, и она с трудом подавила желание воспользоваться ими. Покинув коридор, Милорада оказалась в просторном светлом холле. Высокие узорчатые пилястры подпирали сводчатый потолок. Хрустальные стены украшали причудливые разводы, какие зимой оставляет на стёклах мороз.

За арочными окнами открывался вид на сад с фонтаном из серого камня, окружённым белоснежными цветами, усыпанными инеем. Она любила проводить здесь время. Только на этот раз Милорада лишь мельком взглянула на заиндевелые розы, обвивающие шпалеру в виде арки у входа. До неё начали долетать обрывки фраз сестёр:

– Бедняжка, совсем ещё девчонка.

– Несправедливо умирать в таком юном возрасте.