Хранители. Поиск Пути

Конечно, никто не называет меня так в лицо, завуалированные формулировки «нервное расстройство», «психическая нестабильность» уже успели набить оскомину. Как по мне, так вещи лучше называть своими именами. Я прохожу лечение от делирического помрачения сознания в частной клинике, правда как меня все время утешает мой лечащий психотерапевт помрачнение у меня «в очень легкой форме».

Больницы все одинаковы. Светлые коридоры, казенные кадки с растениями и омерзительный запах, запах болезни, несчастья, запах личной трагедии каждого, кто попадает в эти стены.

Я не жалуюсь – этот психоневралгический центр один из лучших в стране. Тут красиво, насколько это применительно к больнице, евроремонт, в палатах есть душ и туалет, обширная территория с парком, где я люблю гулять. Родители постарались, выбрали лучшее для любимой доченьки. «Милая, ты подлечишься, и сможешь нормально жить, завести друзей, учиться, ходить на танцы с парнями и делать все, что положено нормальным подросткам. Так лучше для тебя, вот увидишь». Как же разочаровывала моих современных родителей ненормальность и нестандартность их единственного чада! Я для них все равно что инопланетянка. Думаю, поставив мне диагноз, они каким-то парадоксальным образом успокаивали себя. Я люблю своих родителей, но они далеки от меня как Венера или Марс далеки от Земли.

Когда я стала видеть странные сны? Тяжело сказать. Я была впечатлительным ребенком с развитой фантазией, мои сны всегда отличались красочностью и необычностью.

Подрастая, я предпочитала книги обществу других детей, которые и сами не очень хотели иметь со мной дело. Родители забрали меня из садика с диагнозом детского психиатра «аутизм», опять-таки, в легкой форме (диагнозы мне ставили с детства) и отдали на воспитание няне, так что «странной» я была с детства. Моя мама работает на телевидение, но с обратной стороны камеры – отвечает за тексты в передачах новостей. Мой папа – креативный директор популярной косметической фирмы. Они в высшей степени общительные и открытые люди, обожают вечеринки и «гламурную» жизнь. Редко неделя в нашем доме проходила без очередного корпоративного сбора или просто встречи друзей. Впрочем, остальное время мои родные почти не показывались дома, что примиряло меня с ненавистными сборищами. Коллеги папы и мамы называли меня «маленькой букой» и трепали за щеки, фальшиво улыбаясь и сюсюкая. Неудивительно, что моим стремлением было забиться куда-нибудь подальше от них.