Гипнотизер для темных дел

Оставшиеся от продажи квартиры я отдам тебе – открывай на них кабинет. Ты должен продолжать лечить людей.

Геннадию вдруг мучительно захотелось остаться в одиночестве и все хорошенько обдумать.

– Пойду приму ванну, – сказал он подруге.

– Я с тобой.

– Нет! – жестом остановил женщину Молчанов. – Мне надо сосредоточиться. Возможно, есть еще какой-нибудь выход.

Вера не стала возражать. Закрывая за собой дверь, врач услышал, что она тихо плачет в подушку. Погружаясь в теплую воду, мужчина уже знал, как поможет любимой.

Верный данному слову, шантажист разбудил их в семь утра.

– Пора на работу, – радостно сообщил он девушке. – Напоминаю: до рокового дня остается ровно неделя. Время пошло, курочка, – незнакомец отключился. Положив трубку на рычаг, Вера вскочила и начала одеваться.

– Погоди, – остановил ее Геннадий. Всю ночь он напряженно думал о решении проблемы. – Я нашел выход из положения.

Акулова повернулась к нему:

– Какой?

– Я согласен на твое предложение.

Девушка наморщила лоб:

– Какое именно?

– Сделанное тобой чуть ли не в первые минуты нашей встречи, – усмехнулся он.

 – Давай пощиплем немного твоего богатенького босса. Я готов поработать с его дочерью.

Она раскрыла рот:

– Ты сошел с ума! Я говорила об этом, пока считала тебя посторонним для себя человеком. Теперь же, после всего, что между нами было, я и слышать об этом не хочу!

Геннадий присел на корточки, обхватив ее колени:

– Я думал об этом всю ночь, любимая. У нас нет другого выхода. Ты должна заключить этот проклятый контракт.

Девушка высвободилась и подошла к окну:

– Я продам квартиру.

– За неделю ты никак не сделаешь этого, – возразил он. – Даже если отдашь ее за гроши.

Вера махнула рукой:

– Я не хочу тебя слушать.

Он с силой сжал ее ладонь:

– Тебе придется согласиться со мной, – тоном, не терпящим возражения, проговорил Геннадий. – Давай не обсуждать это. Лучше подумай, как нам обставить сие мероприятие.

– И все же я скажу тебе – нет!

Игнорируя ее реплику, мужчина почесал затылок:

– Ты приведешь эту девицу ко мне.

Я сделаю свое дело на пять баллов, обещаю. Однако все должно выглядеть правдоподобно: понадобится кабинет.

Она резко повернула шею:

– Мы не…

– Послушай, – Молчанов прижал ее к себе. – Ты сама говорила: с этой девушкой ничего не случится. Мы получим деньги, а через десять дней к ней вернется память. Она все вспомнит, кроме одного эпизода, самого страшного в ее жизни, – эпизода похищения.