Оберег от лунного света

Разумеется, его алиби в связи с командировкой следовало проверить, но Зориной почему-то казалось: оно подтвердится. Куда же в таком случае девалась Нина? Кто был тот таинственный мужчина, навещавший ее в санатории? И что за тайну скрывала она от подруги? Какому преступлению могла способствовать эта женщина? Конечно, все предстояло выяснить. Зорина поежилась от мысли, что, скорее всего, Лапиковой уже нет в живых. Ни одна женщина, если она не пьяница и не наркоманка, не смогла бы вот так исчезнуть и не давать о себе знать своему ребенку и пожилой матери.

Нет, тут что-то не то.

Журналистка взяла мобильный и позвонила Косте.

– Привет, дорогой, вот готовлю тебе ужин, – сказала она.

Скворцов причмокнул:

– Даже догадываюсь что. Голубцы ты сегодня вряд ли успела сделать, значит, меня ждут грибочки в сметане с картошечкой.

Зорина рассмеялась:

– Угадал. Костик, а по Лапиковой нет никаких сведений?

– Во всяком случае, похожего трупа нет, – ответил супруг. – Есть, правда, одна расчлененка, которую недавно достали из канализационного люка, но там и опознавать нечего.

Головы и рук нет. Правда, имеется одна особая примета – шрам сантиметра два возле пупка, но этот Николай Лапиков о родинках, татуировках и шрамах не обмолвился, хотя я его и спрашивал.

– Нужно спросить других: мать этой Нины, подругу, – заметила Катя. – А вообще он мне не внушает доверия. Скользкий тип. Не вы, так я проверю его алиби.

– Зачем же самой беспокоиться? – откликнулся муж. – Это сделает наш несравненный Петюнчик.

К тому же он давно рвется сменить обстановку. Вот и отправится в Москву, где был Лапиков, по его словам. Кстати, Прохоров уже получил распечатку телефонных звонков Нины и ее супруга. Насчет этого он не соврал. В последний раз они общались действительно двадцатого января, то есть уже больше двух недель назад, и, во всяком случае, по мобильному муж ее домой не звал. С матерью женщина разговаривала за день до выезда из санатория.

– Кто еще ей звонил? – поинтересовалась журналистка.

– Звонков пять с телефона с неопределяющимся номером, – ответил Константин. – Один – с таксофона, находящегося неподалеку от санатория. Кстати, в день отъезда Нина выключила телефон, или ее заставили это сделать. Так что проследить, доехала ли она до Приреченска, довольно сложно.

– Костя, я поеду в «Дубки», – приняла решение Катя. – Это дело нужно довести до конца. Ну чует мое сердце: женщина попала в беду, если вообще еще жива.