Оберег от лунного света

Может, мы с вами договоримся?

Охранник бросил взгляд на купюру:

– Да мне, если вас тут застанут, штраф в сто раз больше придется платить.

Зорина не смутилась:

– Поняла. – За первой сторублевкой показалась вторая. – Хватит?

Мужчина заколебался:

– Ладно, давайте сюда. Пройдите направо, там в парке есть скамеечки. Сидите тихо и не попадайтесь на глаза врачам. Они тут почти всех больных знают.

– А я считала, что и у охранников отменная память, – журналистка решила, что пора открывать карты. – Вы вообще читаете криминальную хронику?

Он пристально посмотрел на нее:

– А ваше лицо мне знакомо.

Уж не вы ли и ведете эту криминальную хронику? Вы, кажется, журналистка и писатель детективов. Вот не припомню, как вас зовут.

– Екатерина Зорина, – ответила Катя.

Он поморщился:

– Значит, вы тут не просто так. Или действительно решили поработать на лоне природы?

– Очередное журналистское расследование, – подтвердила Зорина. – И я надеюсь на вашу откровенность. В противном случае приедет полиция, а она может откопать много интересного.

Вам этого хотелось бы?

Охранник щелкнул зубами:

– А вы умеете убеждать. И что же вы хотите от меня?

Журналистка достала мобильный и показала мужчине фотографию Нины Лапиковой, которую ей прислала Оксана.

– Что вы можете сказать об этой женщине? Только прошу ничего не скрывать. Она выехала из санатория, но домой не вернулась. Мы ищем ее, нам дорога каждая минута.

Охранник внимательно разглядывал снимок:

– Баба как баба, такие мужикам нравятся.

Всегда улыбнется, всегда поздоровается. Любовник у нее имелся. Приходил он сюда по ночам, сами понимаете, каким способом.

Катя вытаращила глаза:

– Любовник? С чего вы взяли?

– А мужья так к женам не пробираются, – уверенно подтвердил охранник. – Они всегда за вон той сосной прятались. Только я подкрадывался и разговоры их по возможности подслушивал.

– Зачем? – спросила Зорина.

– А мне несчастные случаи в мое дежурство на территории не нужны, – парировал мужчина.

 – Только зря я тревожился. Он ее и пальцем бы не тронул, пылинки с нее сдувал.

– О чем они говорили? – поинтересовалась журналистка.

Мужчина улыбнулся:

– Он уговаривал ее уйти от мужа, утверждал, что тот ее не любит и не ценит. А он, мол, готов для нее и для ее дочери горы свернуть. А она то плакала, то целовала его и просила прощения. Каждый раз одно и то же. Я сам, бывало, слезу пускал, когда их слушал.

Катя кивнула:

– Понятно.