Наследство племени готов

Собравшись с силами, Мартинято выскочил, они с водителем схватили чемодан и ринулись к толстому стволу дуба, надеясь, что могучий исполин прикроет их от зорких взглядов немецких асов.

«Мессеры», словно озверев, били по стоявшим грузовикам, вдребезги разбивая стекла, брызгами летевшие в разные стороны. Две машины загорелись, и пламя перекинулось на сухие листья жалкого лесочка.

Юрий Юрьевич, закрыв глаза, стал вспоминать молитвы, которым его когда-то учила бабушка, но почти ничего не вспомнил – только «Отче наш».

Путая слова, директор стал неистово молиться, и Бог словно услышал его.

Решив, что с колонной покончено, самолеты оставили ее в покое. Бледные, грязные, облепленные осенними листьями, люди стали выползать из своих укрытий, как муравьи, еще недавно наблюдавшие за людьми, разорявшими их муравейник.

Один, в военной форме, с маленькими звездочками на погонах (Мартинято насчитал четыре), поднял руку и прокричал:

– Убитые, раненые есть?

– Убитых нет, – отвечали ему, – но пятерых зацепило.

– В третьей машине аптечка, – сказал офицер. – Перевяжите раны – и продолжим путь.

– Командир, – к нему подошел человек немного постарше, зажимая кровившее плечо, – если мы отправимся сейчас, фрицы перестреляют нас, как куропаток. Предлагаю разведать проселочные дороги и продолжить путь ночью. Нам придется почти не зажигать огни, чтобы они нас не заметили.

– Но мы не поспеем вовремя, – возразил ему другой, в военной форме. В разговоре он вел себя более уверенно, и Мартинято сделал вывод, что это политрук.

 – Нам нужно доставить спецгруз в определенное время, и вы это знаете. – Юрий Юрьевич заметил, что на суровом лице командира не дрогнул ни один мускул.

– Вот именно, доставить, а не потерять, – заявил он и смело взглянул в глаза собеседнику: – Если мы поедем по трассе, нам грозит гибель. Подумайте. Неужели так трудно просчитать ситуацию?

– И все же я настаиваю… – Директор видел, что тот, которого он считал политруком, упрямится больше для проформы, и удивился.

Когда над твоей головой летают вражеские самолеты и бьют точно в цель, а ты ничем не можешь им ответить, – какие уж тут могут быть амбиции! На его счастье, здравый смысл политрука взял верх. Было решено отправляться, когда стемнеет, а до этого, придав грузовикам заброшенный вид (пусть немцы думают, что они разбомбили колонну и спаслись единицы), спрятаться в реденьком лесу. Но даже этот лесок предоставлял хоть какое-то, но укрытие.