Познакомлю со смертью

 – Знаете такую?

– Знал, – кивнул головой Гуров. – Ведь она умерла, правда? Погибла в автокатастрофе, и я пойду на похороны. Что еще вас интересует?

– В каких вы были отношениях? – спросил Константин.

– С Таней? Ни в каких, – оперативникам показалось, что Гуров облегченно вздохнул.

– Можно конкретнее? – Киселев продолжал не отрывать глаз от его лица.

– Это трудно. Я не писатель и не поэт. Но, может быть, вас устроит такой ответ: на уровне «здравствуйте» и «до свидания», когда мы случайно виделись, – на лице врача заиграла саркастическая улыбка.

 – Знаю, сейчас последует вопрос, когда, где и как мы виделись. Отвечая на него, от души надеюсь, что он последний, потому что (боюсь даже предположить, сразу смех разбирает), если вы подозреваете меня в покушении на жизнь Тани, это самое глупое суждение, которое я когда-либо слышал!

– Не отвлекайтесь, – остановил Скворцов поток его красноречия.

– О, прошу прощения. – Видно было: Гуров расслабился и начал кривляться. – Может быть, я открою вам Америку, но мать Тани, Алевтина Николаевна Ларцева, тоже врач.

Она работала в этой больнице долгое время, хотя материальное положение и любящий муж могли освободить ее от тяжкого труда. Из всех врачей этой больницы (и даже всего города) Алевтина Николаевна выделяла меня как лучшего специалиста. Я неоднократно бывал у нее дома, она вызывала меня то к мужу (знаете, как трудно ставить диагнозы близким?), то к дочери, особенно после трагедии, которая произошла в их семье. Тогда у Тани начало пошаливать сердце.

– И каким же был ваш диагноз? – поинтересовался Киселев.

– Абсолютно здоровое сердце, боль чисто нервного плана. Выписал успокоительное, ей помогло.

– Наверное, не очень помогло, если пять дней назад она опять посещала вас, – заметил Константин.

– Таня посещала меня пять дней назад? – только хороший артист мог сыграть такое искреннее удивление. – Уверяю вас, здесь какая-то ошибка. Я не видел Таню вот уже года два.

– Однако в ее еженедельнике стоит дата и время с вашими инициалами, – возразил Константин.

– Я не буду клясться на Библии, это легко проверить, – Гуров нажал кнопку селектора. – Жанночка, будьте добры, зайдите ко мне.

Через пару секунд дверь распахнулась, и в кабинет вбежала хорошенькая медсестра.

– Слушаю, Петр Семенович.

– Жанночка, эти господа хотят абсолютно точно знать, была ли у нас на приеме четырнадцатого числа сего месяца некая Ларцева Татьяна Александровна.