Самое справедливое убийство

Она уже занесла руку, чтобы ударить свою непутевую дочь, однако вовремя спохватилась: девочке нельзя нервничать, что бы там ни было, никаких абортов. Нужно прижать негодяя...

Белозерова обняла девушку:

– Ну, не реви. Аборт отменяется, поэтому теперь думай не только о себе.

Приглашенный в гости Михаил вел себя очень корректно. Он уплетал за обе щеки испеченный Анной Петровной торт и многословно объяснял, почему сейчас не может жениться на ее дочери:

– Мы просто погрязнем в нищете. Мало того что мы не работаем и не сможем это делать еще три года, так еще и платим за учебу.

Мои предки, высылая мне деньги, перебиваются с хлеба на воду. Вы, – он обвел взглядом выцветшие, местами висевшие обои, – думаю, тоже. А теперь вам придется кормить еще и внука. По-моему, это просто невозможно.

Гинеколог слушала наглого юнца и ничего не говорила. Будь другое время, она бы вышвырнула его пинками под зад и посоветовала забыть сюда дорогу. Однако сейчас надо было думать о дочери, и женщина сознавала: в его словах есть доля правды.

Как же помочь? Можно было разменять квартиру с доплатой, но где гарантия, что, окончив институт, этот хлыст не бросит Элечку? Тогда они останутся втроем в маленькой квартирке где-нибудь на окраине Приреченска без возможности добыть деньги для малыша. Нет, такой вариант отпадает.

Распрощавшись с Михаилом, Анна Петровна, несмотря на сгущающиеся сумерки, вышла погулять в парк, расположенный возле дома, надеясь, что свежий воздух поможет ей думать. Она села на скамейку, посидела с минуту и вдруг вскочила как ужаленная.

Толик! Решение вопроса лежало на поверхности.

Сначала доктор решила действовать сама и ни во что не посвящать племянника. На следующий день она отправилась на квартиру Клемма, уговаривать пожилую женщину написать завещание в пользу Элечки. Но старуха была непреклонна. Она не желала слушать разумные доводы врача, мало того, отыскала родственника за границей, окончательно перекрыв тем самым кислород Белозеровой. Был ли на самом деле у нее родственник в Париже или нет – черт его знает, однако рисковать не хотелось.

И тогда, обливаясь потом, ругая себя последними словами, гинеколог позвонила Анатолию Корнийцу.

– Приходи в гости, Толя, – надтреснутым голосом сказала она. – Мне надо поговорить с тобой о деле.

Корниец сразу понял, какого рода дело хочет обсудить с ним тетя, и набрал мобильный Михаила:

– Спасибо, ты прекрасно справился с порученной тебе ролью, – констатировал он.