Крымская Чаша Грааля

Как завороженные, девушки следили за трассирующими пулями, изрешетившими небо, как маленькие звездочки. Щупальца прожекторов бороздили черноту ночи.

– Это учения, да? – зевая, спросила Соня. – Странно, что корабли уже вернулись.

Бабушка с дедом не ответили. Настойчивые лучи прожекторов поймали гудевший самолет, высветив на его крыльях черную свастику.

– Это немцы, – прошептала бабушка, прижимая к себе внучек. – Это война, мои хорошие. Но вы не волнуйтесь. Наш город хорошо укреплен.

– Хорошо – не хорошо, а лучше Розе вернуться домой, – подал голос Яков.

 – Думаю, Михаил завтра примчится за дочкой. Соня, может, и ты поедешь с сестрой?

Верхняя губка девушки приподнялась, обнажив острые белые зубы.

– Еще чего! Я останусь тут. Бабуля, мы не пустим немцев, правда?

Мириам ничего не ответила.

Как и предполагал Яков, Михаил с женой действительно уговорили Николая приехать за Розой, и уже в десять часов утра они сидели в гостиной Бакши. Его сестра Сара и шурин Исаак тоже примчались утром.

Глядя на свекра, Хая поражалась его спокойствию. На смуглом горбоносом лице не дрожала ни одна жилка. Мириам суетилась, бегала из кухни в гостиную с подносом, расставляла чашки и предлагала разные варенья.

– Попробуйте зердалимачъюн (варенье из абрикосов), – говорила она. – А это мачъюн (варенье из белой черешни). Последняя баночка осталась.

Роза принесла остатки урчука – хвороста – и тихо села возле матери. Ее сестра Соня убежала к Николаю, надеясь, что отец парня расскажет последние новости.

Михаил степенно налил заварки и плеснул кипятка.

– Думаю, вопрос обсуждению не подлежит, – начал он, обращаясь к отцу и матери. – Сейчас вы собираете вещи и едете с нами. В Севастополе оставаться опасно. Немцы могут подойти с моря или бомбить с воздуха, – мужчина сделал глоток и поморщился. – Слышали, какие разговоры ходят в городе? Даже ваши соседи в панике. Ночью была сброшена бомба на улицу Подгорную. Есть погибшие и раненые. Исаак, поедешь с нами? У нас с Хаей небольшой домик, но места хватит всем, – его голос звучал все увереннее и увереннее.

 – Забирайте детей – и поехали. Потом мы отправим их в тыл.

– Не говори глупости, – перебил его отец. – Никто никуда не поедет.

– Это почему? – удивился Михаил.

– Не надо бояться немцев, – произнес Яков своим скрипучим голосом. – Они никому ничего не сделают. Я знаю их по Первой мировой. Это добродушные и интеллигентные люди.

– Отец, это может быть опасно, – настаивал Михаил.