Дети шахтеров

Крысу выгнуло дугой, из пасти хлестнуло кровью, она дернулась и затихла.

– Вроде сдохла. – Ксан кинул в крысу кирпичом, та не шелохнулась. – Похоже, сдохла. Добиваем мелочь и пошли.

С трудом они выкарабкались на поверхность. Ксан опирался одной рукой на плечо Валерта, тот мысленно стонал, честил себя во все корки, но шел.

– Недалеко она нас затащила, – простонал Ксан, – вон башня портала, а рядом госпиталь, километра полтора будет. Где этот чертов патруль? Когда не надо, они на каждом шагу.

– Это точно.

Я долго не выдержу, Ксан. Боль такая…

– Знаю, знаю. Молчи лучше и топай.

Чтоб отвлечь себя от боли, Валерт начал думать, что ему сказать жене. Одним «прости» тут, похоже, не отделаешься. – Думал он – Вроде, так много всего сказать хочется, а слова никак в предложения не складываются. Как говорила его покойная бабушка (Царство ей Небесное) – слов нет, одни эмоции. Это ж сколько за глупость платить приходится – жену с дочкой напугал, квартире ремонт нужен, ребятам ночью выспаться не дал, и Вильт… Аписа ему в задницу, нанимает каких-то уродов на работу, ни ума не фантазии.

Доползу – задавлю гада, и того и другого.

– Валь, меня глючит или грузовик на горизонте?

Валерт остановился и переводя дух вгляделся вдаль:

– Да, похоже. Только не грузовик, а патруль. Ксан, можно я уже отключусь?

– А кто ты такой, я буду один им рассказывать? Вряд ли они тебя в лицо знают. А по твоим семейникам, тебя только жена опознать может.

Валерт, не ответив, рухнул на песок.

Сквозь муть в голове, как лучи солнца свозь болотную воду, до слуха Валерта долетали обрывки слов, знакомые голоса и… Наконец-то! Запах лекарств и бренчание мединвентаря.

«Я все же не умер, я дышу и живу. А раз я в госпитале – значит буду жить дальше». – Радостно подумал Валерт, вяло улыбнулся и открыл глаза. Над его телом склонилась Лана – самый хороший врач в мире. «Лана, как я по тебе соскучился, ты не дашь мне умереть, я знаю». С этими мыслями Валерт повернул голову и увидел Елену, сидящую напротив. Она улыбалась и плакала. Валерт открыл было рот, что-то сказать, но вспомнил, что пламенную речь он так и не придумал, да еще Лана, заметив его намерение, погрозила ему пальцем, как маленькому:

– Молчите больной. Вам сейчас разговаривать вредно.

На «Вы» это она шутя, они давно были друзьями. Словно угадав его мысли, Лена поднялась, и, уходя, сказала:

– Я домой, а то Анютка там под присмотром бабы Нины, я отлучилась, только тебя проведать.