Сокровища баронессы фон Шейн

Вы любите, когда падает снег?

– Люблю больше всего на свете, – с волнением произнесла девушка. – Зима – мое любимое время года.

Они вышли на улицу. Снег действительно кружил в воздухе, падал на землю, сверкал разноцветными искорками, и Оленька вспомнила бриллианты княгини. Неужели когда-нибудь она сможет надеть их? Неужели Мария Павловна не лукавила, когда говорила об этом? Тогда придется признаться, что бывают чудеса. Она, бесприданница, появится в обществе в роскошной диадеме, обовьет свою тонкую шею ожерельем, а ее изящное запястье украсит браслет.

Все станут смотреть на нее, из простой дочери ювелира она превратится в княгиню Раховскую! Девушке вдруг захотелось поскорее прийти домой и обрадовать маму и папу. Бедные, они наверняка волнуются, переживают, как прошел вечер. Родители – люди старого поколения, они понимают, что князьям может не понравиться выбор их сына. Но надо их успокоить. Возможно, князья от нее не в восторге, но у них хватило благоразумия не препятствовать браку сына. Думая об этом, она почти не слушала, что говорил ей Мишель, торопливо шла, забывая наставления матери о чинной походке важной дамы, и до ее дома они почти добежали.

– Что с вами, Ольга? – Мишель с волнением заглядывал ей в глаза. – Вы отвечаете невпопад и торопитесь домой.

Оленька приложила руки к груди и с жаром выпалила:

– Прошу вас, Мишель, не обижайтесь. Мне кажется, сегодня произошло главное событие в моей жизни. Я так боялась, а получилось все хорошо. Мне не терпится рассказать об этом родителям, которые очень переживают.

Молодой человек все понял и кивнул:

– Да, да, конечно. Надеюсь, в следующий раз папа и мама захотят, чтобы вы пришли вместе. Нужно же им знакомиться с будущими родственниками.

Они уже подошли к ее дому. В окнах второго этажа, где проживала семья Сегалович, горел свет. Мишель сделал движение, чтобы обнять девушку, но спохватился. Пока они не объявили себя женихом и невестой, не нужно допускать фривольностей.

– До завтра, – прошептал он.

 – Завтра на катке, любимая. Как всегда.

– До завтра, – как эхо, отозвалась Оленька, и вскоре ее каблучки застучали по лестнице.

Глава 8

Южноморск, наши дни

Полковник Алексей Петрович Котельников своими отвисшими щеками и большими выпуклыми печальными глазами напоминал бульдога, как ни странно, очень доброго. Во всяком случае, такое впечатление складывалось у всех, кто видел его впервые, и разумеется, оно было обманчивым.