История о невероятных приключениях девицы Елены Тихменевой, рассказанная ею самой

Выходя, столкнулась с молодым человеком в студенческой форме и его вопросом: «Это вы? Что с вами, мадам?» Вероятно, все чувства мои были написаны на лице. Ничего не ответила, поспешила вниз по лестнице, задержалась у двери парадной, размышляя – уйти или сообщить дворнику о страшной находке. Сомнения развеялись – почти напротив остановилась пролётка, выпуская пассажира. «Извозчик!» – крикнула я и поспешила к экипажу. Отъезжая, заметила темную фигуру, которая отделилась от стены, двинувшись к дороге. Просто прохожий?

– Куда изволите, барыня? – спросил кучер.

Меня била дрожь, голову сжимало, будто в тисках. Куда изволю? Кабы теперь знать. В гостиницу, куда отправлены вещи, ехать не стоит, как и к знакомым. Главное сейчас – избавиться от вероятного преследования и точно убедиться в этом. Стало быть, придётся мотаться по городу. Или… направиться в людное место. Жаль, что рассталась со Штольнерами, но не могла же я тащить Франца прямо с дороги в ту квартиру.

– Пошёл… прямо, – сказала я первое, что пришло в голову.

На сиденье лежала газета, видимо, забытая прежним пассажиром, «Санкт-Петербургские ведомости», свежая, от сегодняшнего числа, первого ноября. Взяла газету и просмотрела первую страницу.

«Государь Император высочайше повелеть соизволил…

Высочайшим приказом по военному ведомству… производятся за отличия по службе…

Высочайшим приказом по гражданскому ведомству… производятся за выслугу лет…

Великобританский подданный Франц Риглей получил пятилетнюю привилегию на изобретенную им жатвенную и косильную машину…» Браво, Франц!

«По Высочайшему Государя Императора повелению с 31-го числа октября открыто движение по Санктпетербурго-Варшавской железной дороге, от Санкт-Петербурга до Гатчино…»

Далее сообщалось, что ежедневно отправляются два поезда из Петербурга и два из Гатчино.

Первый из Петербурга – в двенадцать часов дня, а второй – в шесть пополудни. В Гатчино есть дом, куда я могу явиться без приглашения, а на станции в первый день открытия движения должно быть немало народу – отъезжающих и прибывших пассажиров, любопытствующих зрителей, и я смогу затеряться в толпе.

– Извозчик, поезжай на станцию, откуда поезд в Гатчино идёт, – распорядилась я.

– Как скажете, барыня. Это которая новая, намедни открыли.

Чтобы хоть немного изменить облик, решила расстаться со шляпкой – закутала голову в шаль, а шляпку, помяв, швырнула в Фонтанку на Измайловском мосту.