Триктрак

Стараясь сохранить спокойствие духа и равнодушие взора, Ася быстро пробежала глазами по рядам, мгновенно выхватив темноволосую голову и задохнувшись ударами сбившегося с ритма сердца. Ещё один взгляд исподтишка в его сторону, он повернулся, она вспыхнула, наткнувшись на синеву его глаз, и пошла по проходу к призывно махнувшей рукой подруге Валентине.

Влюбилась она нечаянно и глупо, как это часто бывает в двадцать с небольшим. Почему он, а не другой? Почему именно этот черноволосый с наглым синим взглядом Ася объяснить не могла.

Однажды она сидела на лекции позади него, он обернулся и попросил у нее ручку, она, отчего-то разволновавшись, отдала свою и до конца лекции тупо смотрела ему в спину, мысленно повторяя: «Ну, оглянись и попроси что-нибудь ещё, ручку или тетрадь, или просто так, оглянись!». Гипнотизёр из Аси вышел никакой, он больше не оглянулся и ничего не попросил, но девушка пропала, словно невидимый крючок цапнул то загадочное место, где возникает то странное волшебство, приносящее и радости, и горести – чего больше, никто не скажет. Лёня Акулов, так называлось Асино пристрастие, был питерцем, состоял в шумной, весёлой компании шутников и приколистов, любимцев девчонок всего потока и побочных ручьёв и речек. Прежде она и внимания на него не обращала, будучи платонически и теоретически, но мучительно влюблённой в великолепного энергичного актера БДТ, спектакли с участием которого планомерно посещала не по одному разу, выстаивая ночные очереди за билетами. Актер был талантлив, хорош собой, высок ростом – прекрасная мишень для грёз начитанной девушки, любительницы кино и театра. Синие же глаза Лёни Акулова нежданно-негаданно, а, возможно, наоборот, закономерно, пробили брешь в этой романтической броне, вызвав бурю чувств, мучивших Асю уже почти три месяца.

Глава 2. Гастингс. WoodcombeDrive – Переулок Лесной овраг

Шары высоких фонарей вяло рассеивали темноту, где-то рядом шумело море, точнее, пролив, обреченный принадлежать двум странам и потому носить двойное имя Ла-Манш – Английский.

Или наоборот, кому как нравится. Задние огни автобуса, из которого я только что вышла на мокрый асфальт набережной, мелькнули за поворотом и пропали. Все стихло и замерло – ни живой души, лишь холодный ветер, дыхание воды, да удаляющийся шум одинокого мотора. Найдя под фонарем место посуше и посветлее, я пристроила туда чемодан и немного постояла, пытаясь успокоиться и выровнять сбившееся от волнения дыхание.