Без права на отказ

И все же в какой-то степени мне было приятно, что он приехал за мной и не дал наделать глупостей. Пусть первый свой раз я не помню… может, оно и к лучшему? Говорят же, что ничего, кроме боли, он не приносит. А тут… в следующий раз я обязательно запомню все: ощущения, его ласки, прикосновения…

У раздевалок я забрала у Олега сумку и пошла переодеваться. Внутри раздевалки – довольно просторной, разбитой локерами на две части, была пара девочек из юниорской группы, и Алька, которая, увидев меня, удивленно приподняла брови с спросила:

– Тебя же выгнали!

– А теперь обратно взяли, – сообщила я, опускаясь на скамейку.

Прикрыла глаза, пережидая очередной приступ боли.

– Что-то ты неважно выглядишь, – хмыкнула Алька.

Я же лишь вздохнула, ничего не ответив.

Чувствовала бы я себя хоть сколько-то сносно, обязательно спросила бы её о просмотре, но, если честно, в данный момент это меня не интересовало от слова совсем. Что меня действительно волновало, так это то, как в таком состоянии я буду тренироваться.

Помимо двух тренировок на льду, у нас был еще час тренажерного зала и полтора – занятие по хореографии. Как выдержать сегодняшний день, я не представляла.

Когда я открыла глаза, Али уже не было. Переодевшись, я поплелась разминаться, а после нацепила коньки и отправилась на лед. Коршунов и большая часть нашей группы уже были на местах. Олег Евгеньевич, в коньках, но у борта, а Аля и еще трое девочек и два мальчика чуть младше меня – на льду.

– Тебе особое приглашение нужно, Абрамова? – строго прогремел Олег, и я против воли подняла на него взгляд.

Но ни намека на что-либо личное в нем не уловила. Я для него – работа. По крайней мере, пока мы не выйдем за дверь центра подготовки. Правильный подход, он прав. Не хочу, чтобы обо мне говорили, что я получаю высокие баллы потому, что сплю с тренером.

– Простите, Олег Евгеньевич, – виновато выговорила я, открывая борт. Стянула чехлы, положила их на скамейку и выехала на лед.

– Какая муха его сегодня укусила? – передо мной, стоящей на коленях посреди катка, остановилась Алька и удивленно округлила глаза.

Меня же едва не вывернуло наизнанку. Колбасило так, что я думала – если сейчас встану – тут же уйду с тренировки. Вот только при этом я понимала, что это будет последнее, что я сделаю в этой жизни. Потому что стоило мне только посмотреть в сторону дверцы борта, как я тут же натыкалась на тяжелый, не предвещающий ничего хорошего взгляд Коршунова.

Сегодня я была звездой тренировки.