Он – мой лёд

Вы дали нам… мне возможность реализовать себя. Я собираюсь эту возможность использовать.

Пашка, молчавший всё это время, сжал мою ладонь. Рука его была тёплая, почти горячая. Простое прикосновение в знак поддержки, но для меня оно значило много.

– Благодаря вам у нас с Пашей есть шанс. Мы используем его. Во что бы то ни стало мы попадём в сборную и поедем на чемпионат Европы.

– А там и на мир замахнемся, – вставил Пашка.

Посмотрев на него, я увидела решимость в его взгляде. Точно такую же решимость, что пылала внутри меня.

Разве что разбавленную тёмными чёртиками-смешинками.

– Вперёд, партнёрша, – Жаров жестом показал на лёд.

Я замешкалась, и он, поняв, что мне нужно немного времени наедине с Рудовым, без лишних слов отъехал от нас.

– Ты уверена, что сможешь справиться с этим? – негромко спросил Роман, когда мы остались у борта вдвоём.

– Я слишком много поставила на этот чемпионат, – помолчав пару секунд, так же тихо отозвалась я. Рудов накрыл мою лежащую на бортике ладонь своей.

 – Придётся справиться, Ром, – моя ладонь под его сжалась в кулак. – Выбора нет.

– Нет, – согласился он и кивком указал на лёд. – Время, – напомнил коротко.

Ладонь его исчезла. Разговор был окончен, и я широкими подсечками поехала к разминающемуся Паше. Остановилась рядом и улыбнулась, хотя делать это не особо-то и хотелось.

Мама… Как бы я желала другого. Но вряд ли с этим уже можно что-то поделать.

– Жаров, – взяла Пашу за руку и потянула на себя. – Что стоим, кого ждем?

– Журавлёва, и как тебе это удается? – улыбнулся Пашка, обнимая меня за талию.

 – Минуту назад казалось, что ты вот-вот в себя уйдёшь, а сейчас…

– А сейчас, Паша, давай уже кататься! – подмигнула партнеру и подала знак, что можно включать музыку.

Тимур

Я стоял у входа в раздевалку и неотрывно наблюдал за парой, находящейся сейчас на льду. Изящные линии, синхронные вращения, оригинальные поддержки…

Нечего сказать, они были хороши. Очень хороши, хотя и не лучше нас с Натальей.

Ничем не лучше.

Только вот эта нежность в каждом движении, каждом взгляде.

Чёрт подери, если это игра, не слишком ли правдоподобно?! И что за игры у Журавлёвой с собственным тренером?

Я отлично видел, как несколькими минутами ранее они стояли у борта. И его руку на её я тоже видел.

– Вот, значит, как, – процедил я, когда, закончив программу, моя бывшая партнёрша снова подкатила к бортику. Сказав что-то, показала ладонь и негромко засмеялась.