Осколки разбитого неба

– Я ведь ничего не знал, – с сожалением сказал Андрей, понятия не имея, что еще он может ответить. Он ведь и в самом деле не знал… он даже предположить не мог, что прошлое Ани Скворцовой скрывает подобные тайны. Тихоня… Тогда, в кабинете, он наговорил ей всего, а она даже голос на него не подняла. А в их единственную близость была такой нежной и робкой… От воспоминаний и мыслей кровь запульсировала в висках. Остро возникло желание вмазать кулак во что-нибудь твердое. Он ведь не знал! Не знал! Не знал! Не знал!!!

– Теперь знаешь, – в тоне Паши уже не было прежней агрессии.

Он видел, что Андрей поражен его словами. Главное, чтобы воспользовался всем услышанным правильно. – И я надеюсь, что у тебя хватит ума больше не причинять ей боль. Что уж там у вас случилось – ваше дело, указывать сестре я права не имею, да и не хочу. Просто, если уж не сложилось, я прошу тебя, сделай так, чтобы для Ани этот разрыв прошел как можно мягче.

– Конечно, – кивнул Андрей.

Как поступить, чтобы хоть как-то сгладить произошедшее, он даже не представлял.

Он ведь по самому больному прошелся. А она ему верила… Ласково перебирала пальцами его волосы, когда он ее целовал, тыкалась ему носом в шею…

– И еще… Ане не нужно знать об этом разговоре. Вообще знать не нужно, что я приходил. Я не собирался тебе рассказывать всё – это Анькина тайна, а не моя, но думаю, что так будет лучше.

Андрей согласно кивнул. Настроение, еще недавно находившееся на уровне выше среднего, скатилось в глубокий минус, на место желания завалиться на диван пришло другое – купить по дороге домой бутылку коньяка и нажраться.

Если бы это только помогло… Наверное, если бы брат Ани решил съездить ему в челюсть сейчас, он даже сопротивляться бы не стал. Может, хоть на душе бы полегчало, хотя бы немного.

Павел уже хотел было развернуться и уйти, но, помедлив, протянул Андрею ладонь. Тот тут же крепко пожал ее. А сам подумал, что знай он все, так скорее сломал бы ему руку, чем пожал.

И был бы прав. Миллион раз прав.

Скворцов ушел в сторону метро, а Андрей остался стоять возле машины. Нужно было хоть немного успокоиться, выровнять мысли. Только сделать этого не получалось – чем больше времени проходило, тем сильнее осмысление произошедшего давило на его сознание и сердце. Предательская память, как на зло, подкидывала недавние воспоминания, в которых обязательно присутствовала Аня, и это просто добивало.