Высота одиночества. Все за мечту

Алла с интересом наблюдала за быстро меняющимся выражением лица дочери. Она хмурилась, потом улыбалась и снова морщила лоб. Если бы ей предоставили такую возможность, женщина могла бы сутками напролет сидеть рядом с Риной и разглядывать ее, пересчитывая каждую ресничку, дотрагиваясь до волос, разглаживая едва заметные складочки недовольства на коже. Она порой чувствовала себя помешанной. Ну и пусть, она просто хотела быть рядом.

Потонув в размышлениях, Богославская не сразу сообразила, что Рината медлит. Девушка сжимала телефон в руке и смотрела на мать.

– Что-то случилось? – наконец спросила Алла.

Рина ответила не сразу.

Она сделала шаг к дверям, но сразу вернулась, а затем, поджав губы, угрюмо процедила:

– Я вам помогу.

Прозвучало это так, будто Алла решила ей возражать, но та не собиралась делать ничего подобного, и обе они это знали. Кинув телефон в шкафчик, Рина расстегнула молнию на куртке и, сняв верхнюю одежду, сунула туда же. Засучила рукава бледно-голубого свитера с вывязанными на груди косичками, прошла мимо опешившей Богославской и начала проверять пол под каждой скамейкой.

– Тебя ждет Игорь, – неуверенно сказала Богославская, наблюдая, как Рината прощупывает каждый сантиметр раздевалки. Упертая и въедливая в том, что касалось ее целей, она умудрилась заглянуть даже в щель между шкафчиком и стеной.

– Да ладно, – отмахнулась дочь и скрылась за рядом локеров.

– Рината, брось ты… Нет ее здесь…

Алле не хотелось напрягать Рину и грузить ее проблемами, вовлекая в свои переживания.

Как долго она мечтала побыть с ней вот так: невзначай дотронуться, поговорить, мимоходом перекинуться несколькими ничего не значащими фразами, лишь бы без той ненависти, на которую Рината была столь щедра в последние четыре года. И теперь, когда мечты начали сбываться, все снова летит в тартарары…

Но Рина не ушла, и в глубине души Алла чувствовала тепло: даже такая мелочь придавала сил.

– Нашла! – провозгласила Рината и спустя мгновение вышла из-за шкафчиков.

 – Она? – На ладони девушки лежала сережка с фианитами.

– Да… – Алла едва не расплакалась от охвативших ее чувств. Мысленно отругав себя за глупость, она улыбнулась и забрала тонкое колечко из серебра с переливающимися камушками. Пристально посмотрела, нахмурилась и расстроенно проговорила: – Замочек сломался.

– Отнесите в мастерскую, – буркнула Рината. – Думаю, они быстро починят.

– Спасибо, – убрав сережку в нагрудный карман пальто, Алла посмотрела на дочь.