Отбор. Мечтать о главном

 – Значит, я могущественная триаса, правительница фации, и у меня под опекой еще куча магов и ордовиков, а вы Наисветлейший неоген!

– Вы мне не верите… – В голосе Трэя прозвучала досада.

– Верю, очень даже верю. – Даша попыталась скрыть безнадежность.

Молодой человек встал напротив собеседницы и впился взглядом в серые глаза. В голове Даши произошло непонятное шевеление, как будто извилины решили поводить хоровод.

– Не верите… – Трейван отвернулся, а из груди девушки вырвался приглушенный стон.

Вскрикнув, она зажмурилась и выставила левую руку. Зигзаг на запястье обжег с новой силой. С душераздирающим скрипом нити проскользили по прозрачному, мерцающему изумрудными отблесками щиту и осыпались на пол, превратившись в пар. Девушка приоткрыла глаза и увидела, что в руках у нее резной серебряный посох, увенчанный огромным зеленым камнем, который и активировал щит.

– Все еще не верите? – поглаживая бороду, усмехнулся Трэйван.

– Ты… Вы… Я же могла умереть! – Дариана задыхалась от возмущения, шока и осознания того, что, похоже, ей придется пополнить ряды душевнобольных, за что ее непременно осудят.

– Не могли, это элементарная бытовая магия, нити просто бы связали вас. – Молодой человек, прихрамывая, подошел к дивану, пока девушка внимательно изучала непонятно откуда взявшийся посох.

Он очень походил на тот, что Даша не раз представляла в детских играх, только с изумрудом вместо сапфира.

– Ваш ожог – это знак проснувшейся магии. У меня тоже есть, но немного другой, поскольку возможности неогена шире. – Трейван присел рядом с девушкой и показал на запястье красноватый символ, похожий на басовый ключ. – А у стелуров наклонная прямая. После двадцатилетия в неогенах и триасах открывается боевая магия и проявляется знак силы, но вы находились за пределами фации, поэтому символ проявился только сейчас.

– Разбудите меня, – умоляюще прошептала Даша, внимательно рассматривая мужскую руку. – Я не хочу сойти с ума, не хочу, чтобы в меня опять тыкали пальцами!

Девушка находилась на грани истерики, ее пробрала мелкая дрожь, в глазах застыл ужас. Она отбросила посох, который, бесшумно коснувшись пола, превратился в пар, и закрыла лицо руками. Трэй застыл в замешательстве.