Незатейливая история. О том, как далеко можно уйти из дома

Я пожала плечами – может у видран так не принято.

– Долго же ты ко мне шла, Яглика, – Нельда и бабушка улыбнулись чему-то своему.

– Долго.

– А зачем? – без долгой беседы спросила видрана.

– За советом. Беда с моей внучкой, – Яглика кивнула в мою сторону, – не даёт ей Белозёр заступничества перед Богами. Говорит, что нечисть она. Да ещё и грозится, что в деревне никому помощи от него не будет, пока она там жить будет.

Нельда с любопытством посмотрела на меня.

– Как тебя зовут?

– Збина, – осипшим голосом отозвалась я.

– А чего ты там мнёшься у двери? Садись рядом, не бойся.

– Да я не боюсь, – буркнула я и села рядом с бабушкой на лавку.

Нельда взяла меня за руку.

– Ой, да ты холодная как ледышка!

Она навела небольшой жбан горячего душистого питья, кисло-сладкого на вкус.

– Пей меленькими глоточками.

Пока я жмурилась от пара и швыркала[24 - Швыркать – вбирать в рот пищу или питье со специфическим шумом.], бабушка в подробностях пересказывала о том, что со мной приключилось.

Видрана кивала её словам, изредка косясь на меня. От отвара и, правда, стало теплее – и в теле, и на душе.

– Белозёру пора нового заступника деревне искать. А как найдёт – собрать пожитки и в Моранину Пустошь идти[25 - Отправить в Моранину Пустошь – это всё равно, что послать к чёрту, или пожелать скорейшей смерти (прим. ав.).], – сказала Нельда, когда Яглика закончила рассказ.

Я фыркнула сдавленным смешком, но поймав строгий бабушкин взгляд, умолкла.

– Могу, кого хочешь в свидетели призвать, что она не нежить. Дорожка камешками заговорёнными выложена – ни одна нежить по ней пройдёт. И не оборотень – отвар весь выпила, ни разу не поперхнулась. Только вон разрумянилась да краше стала.

Я смутилась.

– Только вот какой совет дать – ума не приложу. Я если за неё перед Богами попрошу, толку большого не будет. Белозёру я не указ. На то он и волхв. В деревне вашей меня никто не знает, и заступничество моё – что звук пустой.

Если только у Стражей её пристроить. Может, сумеешь с сестрой договориться?

Бабушка только головой покачала.

– Ты же сама знаешь – Стражами дважды не становятся. Если один раз повернулся спиной, больше твоего лица никто не вспомнит.

– Жалеешь? – спросила видрана.

– Нет. Даже самую малость – нет, – по-мужски сжав кулаки, ответила Яглика.

Я слушала и ничего понять не могла.