Незатейливая история. О том, как далеко можно уйти из дома

– Слушай, Туга, меня внимательно, – видрана обхватила мою голову руками, словно собиралась оторвать, – сейчас возьмёшь половину моих припасов и пойдёшь к себе долину. Да будут Боги добрыми, может эти твари обошли её стороной. Предупредишь Яглику о том, что появились в округе два рождённых оборотня, что набирают они себе свору, и отдашь то, что я тебе дам. Сейчас поднимешься по левому склону вон до той скалы, – она повернула мою голову, – за ней начинается тропа дозорных. Спустишься по той тропе до ручья, и пойдёшь вверх по ручью – выйдешь как раз к твоей деревне.

Поняла?

Я кивнула. Но только потому, что даже если бы она мне ещё десяток раз сказала то же самое, я бы всё равно не поняла.

– Смотри, детонька, осторожна будь.

Я ещё раз кивнула.

Нельда переложила припасы, повесила мне на шею какой-то камешек и наказала крепко сжать его в руке, если что случится, и я, что было сил, побежала. Выдохлась я очень быстро – толи от страха, толи от того, что в гору бежала, но ноги стали тяжёлыми, словно каменными.

Я едва выбралась на гребень возле скалы. Тропка дозорных была извилистой и заросшей. Видать в дозор по ней ходили не часто – быстро идти не получалось. Солнце уже было высоко, когда я наконец-то добралась до ручья.

Здесь меня ждали не ждавши. Двое дозорных из моей долины под белы рученьки препроводили меня прямиком к своему старосте. А тот, недолго думая, позвал волхва для совета – что со мной делать.

Так вот мы с тобой, Наволод, и встретились.

Глава 3.

Приманка

– Ну, что же… Коротенько, складно и… – волхв посмотрел на мою шею, – и честно, – закончил он.

Всё то время, пока я рассказывала, на шее у меня висела небольшая бирюза и светилась зелёным. Наволод осторожно снял её, запрятал в котомку, и только потом, словно случайно вспомнив, развязал мне руки.

Стражники не пожалели сил, затягивая узлы. Ладони стали белые, словно снег, пальцы не слушались.

– Не сердись на них, – сказал волхв, увидев, как я потираю запястья, – уж очень не спокойно вокруг стало.

Вот они и перестарались маленько.

Я почти два дня ничего не ела, совсем не спала и нежданно проступившая в его голосе мягкость меня смутила.

– Мне бы… домой, – выдавила я.

– Будет тебе «домой». Будет, конечно. Только поешь сначала. Я старосту Кукора[28 - Кукор – кулак] давно знаю. Нрав у него ещё тот. Небось, голодная и холодная со вчерашнего дня.

«Да уж не сытая и обогретая», – подумала я, но промолчала.