Вилла Чудес

Особое отвращение вызывали препарированные части тел, расставленные на полках в прозрачных сосудах с мутноватой жидкостью. Стелла в ужасе отпрянула от сосуда, в котором находилась кошка, с единственным глазом во лбу.

– Не бойтесь, они вас не укусят, – проворковала Фауна и слегка хихикнула.

– Они словно живые, – откликнулась Стелла и ухватила Егора за руку.

– Все экспонаты, – продолжила женщина, – сохранили форму и ткани, благодаря консервантам, которые лично изготовил Данте.

– Разве он исследовал не человеческие пороки развития и мутации? Почему здесь мумии только животных? – спросил Егор, наклонившись над склянкой со змеей, свернутой в несколько колец.

При жизни, это была гадюка, судя по надписи на приклеенной бумажке.

– Разделяю ваш интерес. Ранее здесь имелись образцы внутренних органов человека, тела новорожденных младенцев с циклопией, сиамские близнецы, естественно, умершие при рождении, но из этической стороны вопроса, их пришлось убрать в закрытую комнату.

– Жаль. Мне бы очень хотелось увидеть результаты опытов профессора. Слышал, что он составлял гибриды людей и животных.

– В этом есть доля правды, – как-то нервно отреагировала Фауна, – но перед смертью, будучи нездоровым, Данте уничтожил большую часть своей коллекции. Осталось несколько дневников, рисунки, из которых сложно, что-либо понять. Записи он вел химическим карандашом на латыни, зачастую перечеркивая половину, внося исправления, да, и почерк у него был не слишком разборчив.

– Неужели за все время не нашлось его последователей?

– Ни одного. У него был невыносимый характер. Студенты изредка посещали его, но, ни один не задержался надолго. Протекцию им никто не составлял, они сами прибывали, узнав о великом таланте. Последнему ученику он залепил такую оплеуху, только за то, что он переставил местами пробирки, что тот написал заявление в полицию.

– А полиция, что?

– Только развели руками. С Данте связываться никто не хотел, считали чуть – ли не колдуном.

Старик в пылу ссоры сыпал проклятиями, пугал отмщением. У него был грозный вид, хриплый голос. В пору старости он и вправду стал походить на колдуна. Все местные бежали врассыпную, заприметив издалека его сгорбленную фигуру.

– Нельзя ли увидеть его портрет? – спросила Стелла, уверенная, что им для этого придется покинуть жуткую комнату с останками.

– Он находится в кабинете, ответила сестра Флоры, – пройдемте.