Песнь ветра. Между западом и югом

От человека в нём мало что осталось, сменившись чертами непривычными: мощный загривок, неправильные, звериные суставы ног, острые когти, хвост. Чудище застыло, тяжело дыша. Абаас озирался, водя по округе мутным взглядом. Позади него выглянула из-за туч красная луна, обагрив его блестящую шерсть кровавым сиянием.

Неон и Артес не удержались и выглянули из укрытия, когда мощный, не звериный, но и не человеческий, вой пронёсся по округе. То, что они увидели, заставило их похолодеть от ужаса: на зов новоявленного духа сползались чёрные тени.

Выходя к алтарю из дымки дождя, они приобретали очертания таких же уродливых тварей. Звериные, у кого медвежьи, у кого собачьи или кошачьи морды, озарённые красным светом Сиры, щерились, обнажая клыки.

– Артес, они не справятся! – Неон шептал, но даже шёпот выдавал ужас Второго. – Быстро, за подмогой!

– Я не брошу их! – насупился Первый, но у самого горло от страха пересохло.

– Ты наследник престола Империи, в драку ты не полезешь! – оборвал его Неон и потащил за собой.

 – Мы все там погибнем, если не позовём солдат! Шевели ногами!

Артес, ошарашенный увиденным, не сопротивлялся. Он видел, как западные твари выходили из тумана, нюхая воздух возле нового сородича, и надеялся, что его младший брат дождётся помощи.

Но Сирел, рассмотрев всех семерых абаасов у алтаря, отступать и не подумал. Третий знал, что Неон не пустит в драку Артеса, знал и то, что будущий казначей ринется за помощью. Но пока стража придёт… Тихий свист оповестил Третьего наследника, что его друг с ним, возле алтаря.

Сирел повёл плечами, поправляя ножны клинков за спиной, провёл рукой по волосам, мокрым от дождя, убирая их с лица. Наследник чувствовал гнев, но не удивление.

Этих тварей не видели целое столетие, однако Тейн предупреждал, что абаасы вернутся.

Мужчина сгруппировался и кувыркнулся головой вперёд, выкатившись точно под ноги тварям. Он молниеносно выпрямился, выхватив из ножен два коротких парных клинка – подарок Тейна. Сталь не блеснула в лунном свете: мечи его были из воронёной, матовой, стали, и лишь кромка отточенных лезвий слабо мерцала.

Третий, немедля, широко рубанул с двух рук по первому же абаасу, распоров тому грудь и брюхо. Кровь брызнула, её едкий запах разлился по поляне, привёл в чувство остальных тварей и те напали, сразу, все. Сирел, не теряя темпа, развёл руки и окружил себя ореолом танцующих клинков, не дающим тварям приблизиться. Одна попыталась и осталась без лапы.